Онлайн книга Ангелы на льду не выживают. Том 1

Ну вот, с детьми полный облом, они к убийству Болтенкова вряд ли причастны, зато учениками имеет смысл поинтересоваться более детально. Аникеева, задумавшись о чем-то, назвала четыре фамилии тех, кто чаще всего к ней заходит. Три имени были женскими. Одно – мужским. Гера Марченко.

– Надо же, и мальчик приходит, – Дзюба сделал вид, что сильно удивился. – Обычно девочкам больше свойственно заботиться о своих учителях, не забывать их. Мальчики, наверное, неблагодарные, да?

– Гера очень хороший мальчик, – с теплотой проговорила Аникеева, – всегда старается что-то сделать для меня и, между прочим, приходит ко мне даже чаще, чем девочки.

– На свидания? А сколько же ему лет?

– Двадцать два."

"Вот теперь Дзюба по-настоящему удивился. Как это – двадцать два? Год назад, когда случилась эта история, Гера Марченко уже давно не был юниором, а взрослых спортсменов у Аникеева в группе не было и быть не могло.

– Разве Николай Никитич тренировал взрослых?

– Гера давно уже не катается, он бросил спорт в четырнадцать лет, после серьезной травмы, но своего учителя никогда не забывал. У мальчика на редкость преданное сердце, такое в нынешнее время мало у кого встретишь.

«Что правда, то правда, – подумал Роман. – Преданность учителю и вообще явление раритетное, а особенно сейчас и особенно у мужчин. Кажется, этот необыкновенный Гера Марченко – как раз то, что нужно».

– Скажите, пожалуйста, Гера не пытался обсуждать с вами причины того, что произошло с Николаем Никитичем? Может, он обвинял кого-нибудь? – задал он вопрос, который задавать было не нужно.

Но понял это Ромка Дзюба слишком поздно. Наполнявшая маленькую прихожую атмосфера ненависти и презрения из темной и вязкой мгновенно стала перчено-острой.

– Вы сошли с ума?! – Голос Аникеевой сорвался на крик. – Как вы смеете подозревать Геру? Я прекрасно вижу, о чем вы думаете, вся Москва только и говорит об убийстве этого подонка, и вы собираетесь обвинить в этом Геру! У вас ничего не выйдет, так и знайте!

Дзюба попытался отыграть назад, но ничего связного произнести почему-то не смог: под натиском этой немолодой, пылающей яростью женщины он совсем растерялся.

– Вон отсюда!

Аникеева оказалась довольно сильной и не без труда, но все-таки отпихнула Романа в сторону, чтобы громко щелкнуть замком входной двери и демонстративно распахнуть ее настежь.