Онлайн книга Бабулька на горошине

Все считали Вадима моей родней, потому соглашались с ним сотрудничать, да быстро понимали, что идиот он! Ваня, он не мог этот миллион заработать. Можешь разобраться, откуда деньги взялись?

– Попробую, – после небольшой паузы ответил я, – но ничего не гарантирую. Мне понадобится посмотреть на квартиру, где жил Вадим.

Бобров вынул из кармана брелок с ключами.

– Держи.

Я взял связку.

– Надеюсь, ты доллары увез.

– Не оставлять же их там, – хмыкнул Веня.

– Знаешь приятелей погибшего? – спросил я.

– Даже имен их не слышал, – отрезал Бобров.

– Лучше расплатимся после того, как мы завершим работу, – ответил я, не собираясь брать ни копейки с друга детства.

Но если я сейчас заявлю об этом, Гога начнет протестовать.

– Ладно, – согласился Бобров, – делай так, как привык.

– Можно сегодня поехать туда, где жил Вадим? – перевел я разговор в иное русло.

– Владимирский централ, – заорал из глубин офиса грубый мужской голос, – этапом из Твери-и-и…

Крик оборвался.

– Твой помощник поклонник шансона, – рассмеялся Гога, – а по его внешнему виду этого и не скажешь. Поезжай, когда посчитаешь нужным, там никто не живет.

Глава тринадцатая

Проводив Боброва, я вошел в столовую и увидел Бориса, который грел в небольшой кастрюльке воду.

– Простите, Иван Павлович, новый чайник…

– Не работает, – догадался я, – поэтому вы греете воду на плите! Дайте-ка я включу свое приобретение. Если не будет должного эффекта…

Борис выключил конфорку.

– Лучше не трогайте электроприбор.

– Не волнуйтесь, я сам отправлюсь в магазин для неприятной беседы с продавцом, – пообещал я и нажал на кнопку.

Послышалось шипение, затем завыл гнусавый голос:

– Бледной зарей озарился тот старый кладбищенский двор, а над сырою могилой плакал молоденький вор…

Я вздрогнул от неожиданности.

– Боря, у нас телевизор заработал?

Помощник выключил чайник.

– Это он.

Я не понял.

– Кто?

– Чайник, – коротко ответил Борис.

– Никогда не поверю, что он может петь, – засмеялся я и опять нажал на кнопку.

– Когда в Союзе процветал застой, в Тобольске на заснеженных широтах сопровождали внутренний конвой ГАИ, «уазик» и охраны рота, – замурлыкал на этот раз баритон.