Онлайн книга Тройняшки не по плану. Идеальный генофонд

Который, наверное, мог бы стать хорошим папочкой…"

"Очнись, Агата! Это же Адам! Самовлюбленный эгоистичный сноб, который идет по головам ради достижения поставленной цели! Он шантажировал тебя, хитростью вынудил помогать ему!

А еще был рядом вчера, когда ты так нуждалась в поддержке, отвез домой, а сам ни свет ни заря примчался к твоей дочери, перенес ее вещи, разложил в шкафу и тумбочке, правда, немного небрежно.

И…

Скольжу взглядом по кровати, замечаю открытую коробку и крошки теста вокруг нее…

Заказал Ваське пиццу?

Хмурюсь, сводя брови напряженно.

— Мам? — с набитым ртом мычит дочь и, спохватившись, прячет недоеденный кусочек, что держала в руке, под простынь, пачкая ткань. Отбирает второй у Адама — и отправляет его туда же, заметая следы. Накрывает коробку, шикая на брата с сестрой, которые как раз нацелились на любимую еду. Сжав поблескивающие от кетчупа губы, Василиса улыбается виновато, а сама взглядом Туманову знаки подает. Предупреждает об «опасности» в виде меня.

Адам поворачивается неторопливо, садится вполоборота, упираясь кулаком в колено. Тепло усмехнувшись, медленно сканирует меня взглядом, который тут же леденеет, заодно замораживая и меня. Улыбка мгновенно сползает с красивого, но уставшего и немного помятого лица.

Рывок — и Туманов уже на ногах. Молча и хмуро приближается, по пути складывая руки в карманы.

— Нам есть, кому помочь, — вспомнив о том, что я до сих пор в руках Макара, резко отстраняюсь. Обхватываю себя за плечи, будто хочу стереть с себя следы его прикосновений.

— Вижу, — буркнув сердито, главврач наконец-то отходит от меня. Удивленно изучает детей, будто никак не может принять тот факт, что их у меня трое. Ведь сам на мне крест поставил как на женщине. — Еще раз доброе утро, — бросает небрежно Туманову, словно пощечину на расстоянии ему отвесил.

— Обход уже был, так что мы в ваших услугах больше не нуждаемся. Надо будет — позовем, — грубо и нагло осекает его Адам.

Он разговаривает с врачом, будто это его личный водитель или прислуга. Я не одобряю подобной манеры общения. Пытаюсь остановить, но тот злится еще сильнее. Источает агрессию и давит темной энергетикой.

Не понимаю, почему Туманов ведет себя по-хамски. Впрочем, это ведь привычное для него состояние. Вежливость — не его прерогатива.

— Всегда готов вам помочь, Агата, в знак старой дружбы, — Макар неожиданно переводит взгляд на меня.