Онлайн книга Белые искры снега. Анна Джейн

Стиль, одежда, уверенность на лице и в осанке и еще нечто неуловимое, властное, было в этой полной женщине в шубе до пола.

Несмотря на удивление, мои губы тронула улыбка. Это что, и есть та самая прекрасная балерина? Если да, то, наверное, Даниил врет, и они вчера без меня напились просто до навязчивых чертиков. Или не пили, а употребляли что-то другое. Но в таком случае я их просто прибью.

- Вы кто? – спросила я, поскольку сосед мой молчал. До чего же его ночная гостья довела, а!

Красноволосая дородная женщина внимательно посмотрела на меня и сказала низким голосом, который очень подходил к ее внешности:

- Вы – Анастасия Мельникова?

- Я, - кивнула я, не представляя, что ей от меня нужно в такую рань.

- Поблагодарить, - с великим чувством собственного достоинства произнесла женщина, как будто бы благородность от нее была великим благом. В речи ее был едва заметный акцент. – Хотела прибыть сразу, но эти ваши самолеты… До Москвы я добралась вмиг, а из нее до вас пришлось лететь.

- За что поблагодарить? – спросила я изумленно.

- За спасение моей племянницы, - сказала дама с недоумением. Такое недоумение бывает у кассира, когда покупатель протягивает пятитысячную купюру, чтобы купить жвачку, а потом не понимает, о какой сдаче идет речь и уходит, не забрав деньги.

- Вашей племянницы? – еще с большим изумлением произнесла я. – Вы о чем?

Женщина тонко улыбнулась мне.

- Вы ведь понимаете, о ком я говорю, Анастасия.

- О балерине? – спросила я, вспомни ночную незнакомку.

- Можно сказать и так, - улыбнулась она мне неожиданно тепло – эта улыбка совершенно не вязалась с ее образом величественной обеспеченной дамы в шикарных мехах и со стильной укладкой.

- Тогда это он ей помог, а не я, - кивнула я на Даниила.

- Анастасия, не будем спорить, ведь мы знаем, как все произошло, и обе знаем, что это было смело, хоть и произошло по незнанию, - сказала женщина. – О, вы ведь не помните, вот оно что, - добавила она, словно что-то увидев во мне.

Кажется, она сумасшедшая.

- Извините, - решительно сказала я. – Мне ничего не нужно. Вы, наверное, что-то перепутали.

Дама хмыкнула.

- Просто скажите, что вы хотите.

- Ничего.

- Ах, понимаю. Человеческая память – та еще преграда.