Онлайн книга Заставь меня остановиться

 — Кстати, ты на черта принесла пироги? — резко переводит тему. — Только не говори, что для себя, не поверю.

— Для вас. Мама дала. Она считает, что путь к мужчине лежит через желудок.

— О, дай угадаю. Для того, чтобы задобрить Козла Лукьяновича, — краска моментально приливает к лицу стоило только услышать то, как он записан у меня в телефонной книге. — Нажаловалась мамуле на козла?

— Нет. Не жаловалась. И вообще это… все не так."

"— Ладно, чего-то мы засиделись. Давай уже к интересному переходить, — встает из-за стола и подходит к двери.

— Что вы делаете?!

— А на что это похоже? — откидывает рубашку на спинку дивана.

— Вы тупой?! Я, кажется, уже говорила, что ничего такого делать не буду!

— Еще как будешь. Причем со временем будешь делать хорошо, иначе вылетишь из университета за профнепригодность.

— Не думала, что вы такой козел. Только вы сделаете что-то хорошее и очередной подвох.

— Да ладно? — насмешливо приподнимает брови и как ни в чем не бывало ложится на диван, подложив под голову руки.

— Я не буду ничего делать. Отдайте ключ.

— Иди перкутируй и пальпируй меня, тормоз озабоченный.

— Что?!

— Тебе снова нужно промыть уши? Живее, Аня. Я хочу уйти отсюда вовремя.

Да как так, Господи?! Ну почему при нем я выгляжу такой тупой?!

— Я долго буду ждать?

Ничего не отвечаю. Подхожу к дивану и усаживаясь рядом с Лукьяновым. Растираю руки, дабы сделать их немного теплее и перевожу на него взгляд.

— Перкуссия сердца.

— Давай сердце. Мне не нужны границы сердечной тупости, равно как и знания, где они находятся в норме. Мне нужно, чтобы ты научилась правильно перкутировать, — берет в свою ладонь мою руку и обхватывает мой палец. — Не забывай, что наносятся удары мякотью концевой фаланги, а не ногтем, по средней фаланге или сочленению между концевой и средней фалангой пальца-плессиметра. Запомнила? — чуть ли не шепотом интересуется Лукьянов, по-прежнему не отпуская моего пальца.

— Запомнила, — произнесла так же тихо, не узнавая собственный голос, и одернула руку.

Прикасаться к его обнаженному телу по меньшей мере — странно. И дико, просто до невозможности, раздражает то, что он имеет красивое тело. Это не дряблый старичок, над перкуссией которого не задумываешься.

— Палец-плессиметр должен плотно прилегать к перкутируемой поверхности. Я не кусаюсь, Аня, — с нажимом добавляет он, прижимая сильнее мой палец.