Онлайн книга Боги, пиво и дурак

"

"И в этот раз у нас получилось хорошее марево — как над асфальтом в сорокаградусную жару! А сверху время от времени разгорались световые дорожки, похожие на северное сияние. Красота, да и только!

В общем, тренировались мы в тот вечер самозабвенно. Мне, как и всем, даже выдали здоровенный и совершенно неподъемный меч, которым я пытался орудовать в меру своих возможностей.

Потом все отползли с тренировочной площадки на пожрать и отдохнуть, а я, поскуливая от боли в руках, спине и растертых ляжках, сел под дерево ждать Та’ки, как приговоренный ожидает свою смерть.

И она пришла за мной — моя неумолимая зеленая ипостась Азраила.

Та’ки был все еще пьян. Он сначала долго рыгал, икал, облизывался и тер лапой морду, а потом спросил:

— А почему так тихо?..

Я не сразу понял, о чем он. И ответил:

— Вечер же. Вон, сумерки уже опускаются.

— А-аа, — понимающе протянул тот. Он повел своими плюшевыми ушами в сторону школьного корпуса и шумно принюхался, а потом проговорил.

— Нее, внутри тоже тихо. И пусто. Будто все умерли или Ян распустил школу.

— А, ты об этом, — дошло, наконец, до моих уставших мозгов.

И я рассказал нашему мохнатому богу все, что произошло, пока он спал.

Та’ки выслушал меня, не перебивая и время от времени почесывая пузо. А потом зевнул и проговорил:

— В общем, впереди нас всех ждет веселье. И начнется оно завтра…

— Почему завтра? — не понял я.

Медведь зевнул.

— Увидишь. Ладно, раз пошла такая репа, собери в одну связку пятнадцать тренировочных мечей, пробегись вокруг школы и топай спать.

Возражать я не стал. Но когда я собрал пять штук этих здоровенных неподъемных дур, то понял — насчет «пробегись» Та’ки погорячился. Взвалив себе на спину адскую ношу из пятнадцати этих кувалд и заливаясь потом, я сделал круг по тропинке вдоль ограды и, спотыкаясь, поплелся к себе в комнату.

Пихнув дверь ногой, я принялся в полутьме шарить по своим богачествам в поисках свежей рубашки и трусов.

И вдруг из угла на меня блеснули два ярких зеленых глаза.

— Ника?.. — изумился я.

Она с кошачьей грацией вынырнула из темного угла и прижалась ко мне, как к родному, хотя после тренировок от меня разило ароматом помойки.

— Эй-эй-эй, ты чего! — попытался я отстраниться от девушки. — Я же грязный, как черт!..

Но крепкие пальчики Ники впились мне в плечи, как когти ее мелкогабаритных хвостатых сородичей, и она еще крепче прильнула ко мне. Шершавый язычок с шуршанием наждачной бумаги лизнул мне шею.

— Я выбрала тебя.