Онлайн книга Больше, чем страсть

И лицо – брови идеальными дугами, чуть удлиненный носик, милые припухшие губки, высокий лоб, круглый подбородок и вьющиеся волосы – эпоха Возрождения!

Никакой худобы, угловатости и острых выступов суставов – наполненная жизнью, невероятно чувственная, истинно женская красота! И ее кожа! Это вообще нечто! Бело-розовая жемчужина, которая светится изнутри!

Обалдеть!

Леонардо да Винчи «Мадонна Витта», Боттичелли «Рождение Венеры», Джорджоне «Спящая Венера», модели Тициана – вот откуда сошла в современный мир эта девушка!

Она была венцом женственности, той самой глубокой, истинной никем и никогда не познанной до конца и практически утерянной современными женщинами в сумасшедшем ритме новой жизни.

Она являлась самой сутью женственности.

И это открытие настолько потрясло Даниила, поразило, что он смотрел на нее какое-то время и не мог оторваться от этого великолепного зрелища, откровенно недоумевая, как и почему всю жизнь принимал за женскую красоту и привлекательность совсем другое?

И в один неуловимый момент созерцание стало совершенно невозможным – он первый раз по-настоящему поцеловал ее в губы, и ему казалось, что они пахнут миндальным медом и сейчас он сойдет с ума…

Даниил совершенно забыл, что она может быть девственницей, так торопился и испугался, что сделал ей больно, – но даже это не имело уже значения, потому что остановиться он уже не мог.

Конечно, она была совершенно неопытна и ничего из сексуальной гимнастики не умела, но это ерунда – вот еще одно великое открытие Даниила Казарина в ту ночь.

Она была влюблена в него и отдавалась целиком и полностью, но все равно в ней оставалось нечто загадочное, принадлежащее только ей, к чему не имелось доступа мужчине, как будто она знала и хранила вселенскую женскую тайну. А Казарин чувствовал, что ему нужна эта ее тайна, нужна эта девушка вся, без остатка, и что он хочет именно этот ее последний и самый главный непостижимый секрет!"

"И от этого неосознанного стремления полностью овладеть ее душой и телом он был груб за поздним их завтраком на морозе! Но она непостижимым образом сумела переплавить эту его грубость и жажду покорить, может, наказать даже, в невероятно чувственную радость – приняв его всего, вместе с его неистовым желанием подчинять, окутав его своей женственностью, утихомиривающей любые мужские штормы.