Онлайн книга Большое зло и мелкие пакости

— Нет, — ответила она с вызовом, — но вы меня интересуете.

— Я польщен, — сказал он.

Он не мог сказать “я польщен”, тот капитан Никоненко, который был ей так хорошо понятен и не слишком симпатичен. Она вдруг подумала, что вся его повадка недалекого сыщика — часть профессиональной игры, и играет он хорошо, виртуозно играет, и она верит, что он именно такой, каким хочет казаться, — простоватый, упрямый, настырный милицейский капитан.

— У нее плохие отношения с матерью?

Алина так увлеклась изучением капитана Никоненко, что даже не сразу поняла, о чем он ее спрашивает.

— У кого?

— У вашей подруги.

— У Мани? — переспросила она. — У Мани… вообще нет матери."

"— Как нет? — Это опять был туповатый милиционер, а вовсе не тот, кто секунду назад сказал светским тоном “я польщен”. Этот милиционер таких слов не знал.

— Ну не в прямом смысле нет! Господи, что вы на меня так смотрите, я же пытаюсь вам объяснить! — Она сказала это именно милиционеру, а не тому, другому, — милиционер смотрел с простоватым любопытством.

— Плохие отношения? — услужливо подсказал капитан.

— Да нет у них никаких отношений, ни плохих, ни хороших!.. Нет и не было никогда. Это давняя история, и я ее толком не знаю. По-моему, Манин отец привез ее мамашу из какого-то стройотряда. Из-под Тамбова, что ли. Жила она там в каком-то селе, и все у нее было хорошо, и жених был, тракторист или кто… Потом с женихом они почему-то поссорились, а тут подвернулся Манин папаша и увез ее в столицу.

Алина поднялась из-за серо-черного стола, переступила через капитанские ноги, и потрясла кофейник.

— Вера, еще кофе сделайте, пожалуйста.

— Одну минуту, Алина Аркадьевна.

— Батюшки-светы, — воскликнул “Анискин” с неуместным энтузиазмом, — как они вас слушаются-то! Вы что, — и он сделал испуганное лицо, — такая суровая начальница?

Она не удостоила его ответом.

— Вы не договорили, Алина Аркадьевна. Что там стряслось с папашей, который увез мамашу из благословенного Тамбова?

— Не знаю, — сказала она и дернула плечом.

— В Тамбов она не вернулась?

— Нет. Она устроилась на работу, куда-то в Метрострой, что ли. Они даже квартиру получили. Это я уже помню. Жили трудно, плохо, и во всем всегда была виновата Маня.