Онлайн книга Человек из дома напротив

– Соврал бы, что резал мясо и рука дрогнула. Маша, дай ножницы, пожалуйста. Девчонка точно цела?

– Судя по скорости, с которой она драпала огородами, цела и невредима, – усмехнулся Бабкин. – Хотя в какой-то момент я был уверен, что он на моих глазах сломает ей шею. Там шейка-то, господи… Как стебелек у одуванчика. Но он стиснул ее одной рукой… Терминатор какой-то, – вырвалось у него.

– Как этот терминатор ухитрился уйти от тебя? – спросил Илюшин. Он завязал свежий бинт, подобрал старый и выкинул в мусорное ведро.

– Представь, что дерешься с гадюкой. – Бабкин дернул плечом и поморщился. – А теперь представь, что пытаешься удержать взбесившуюся гадюку. Это псих, Макар. Он и дерется как псих. У него не тело, а одна сплошная мышца. Он умчался – я глазом не успел моргнуть. Конечно, и сам сглупил: раздумывал, кто для нас ценнее, он или девчонка. Теперь думаю, что допустил ошибку, нужно было догонять его, с Козловой само все решилось бы.

– Ты уже пытался его схватить, – сказала Маша. Она понемногу приходила в себя.

– Глаза у него стеклянные, – вдруг сказал Сергей, поежившись. Маша раньше не видела, чтобы ее муж ежился при воспоминании о каком-то психе. – Или не стеклянные. Или двухслойный полипропилен.

Илюшин внимательно посмотрел на друга, но ничего не сказал.

– Акриловые такие глазки, – продолжал Бабкин, – зрачки и радужка как будто нарисованы на них. Омерзительное ощущение, скажу я вам: человек живой, даже чрезмерно живой, а глаза – мертвые.

Он осекся. Продолжай, мысленно попросил Илюшин, выговаривайся, этот человек испугал тебя, и не только потому, что ранил. Но Бабкин ссутулился, замолчал и только шевелил пальцами левой руки, сосредоточенно наблюдая за тем, как выдвигаются одна за другой пястные кости.

«Ладно, придется мне», – мысленно сказал Илюшин. Он принес из прихожей рюкзак, вытащил планшет, а рюкзак пристроил в ногах.

– Серега, можешь детально описать его?

Бабкин почувствовал себя неловко. Работать надо, а не предаваться созерцанию собственной клешни.

– Так, подожди… – он собрался. – Среднего роста, тощий, гибкий. Он был в шапке-балаклаве. Глаза темные, но серые или карие, я не разобрал. Что успел заметить: уголки опущены. Переносица широкая. Кожа не загорелая и не смуглая, светлая, поры не выражены. Ресницы густые и длинные.