Онлайн книга Черный человек

Мед был необычайно вкусен, и Боянова не преминула отметить это вслух.

Впервые земных пчел на лунные оранжереи завезли в две тысячи двадцать первом году. Как и растения, не сразу привыкшие к уменьшенной в шесть раз силе тяжести, пчелы тоже адаптировались долго, мутировали и стали давать очень своеобразный мед, названный селемом: жидкий, зеленоватый, с запахом земляники и цитрусовых, с великолепной вкусовой гаммой. В нормальных условиях, то есть в поле тяготения, равном земному, селем сохранялся недолго, и пили его обычно свежим.

– Не удивляйтесь, что я пригласил вас сюда, – сказал вдруг Маттикайнен, проницательно глядя на комиссара поверх своей пиалы с медом. – В последнее время в Совете имеет место утечка конфиденциальной информации, и кое-какие совещания я провожу здесь. Солярий имеет электронную и пси-защиту.

– Оппозиция?

– Вне всяких сомнений. Проявляются странные негативные тенденции к досрочной смене верхней палаты парламента, а социологи рекомендаций не… впрочем, извините, Власта, это наши внутренние проблемы, мои проблемы.

– По-моему, это наши общие проблемы. Конечно, безопасность – последняя инстанция, пожарная, если можно так сказать, впереди нее идут инспекции правонарушений, морали и так далее, но и у нас есть сектор прогноза, который уже бьет тревогу: не все благополучно в нашем королевстве, надвигается волна сдвига нравственности, пора заняться этим на уровне СЭКОНа, Совета безопасности и ВКС.

Маттикайнен кивнул.

– Именно это я и хотел от вас услышать. Вы случайно не интрасенс, Власта? Может быть, наши машины хранят не все данные о вас?

– Нет, к сожалению, – покачала головой Боянова.

"– Ну, вам жаловаться грех, – прищурился Маттикайнен. – В двадцать семь стать комиссаром безопасности удается далеко не каждому, а точнее – вы первая. Пейте чай, надеюсь, он тоже понравится: финский, со льдом и северными травами.

Молча они выпили по чашке чая.

– Еще? – Маттикайнен взял чайник с заваркой.

– Нет, спасибо.

– Вы правы, у меня его тоже нет. Вы очень хорошо сформулировали: волна сдвига нравственности, моральных критериев, наработанных человечеством в целом. Труд стал намного легче, возможности для отдыха и развлечений неизмеримо выросли, но соответственно увеличилась и степень деградации слабых личностей. Все это не может меня не тревожить, но я рад, что наши оценки совпадают.