Онлайн книга Черный Лев

Может, дитя тебя беспокоит?

Лайонин сердито отстранилась:

– Ребенок ничуть не обременителен для меня. Иногда мне кажется, что он – единственное счастье моей жизни.

Ранулф прижал ее к себе, нежно гладя волосы.

– Что тебя тревожит? Скажи мне, и я все предприму, чтобы ты была спокойна.

– Правда? Сможешь сделать так, чтобы я носила твоего сына и при этом не толстела? Чтобы не старела с годами?

Ранулф улыбнулся и разгладил большим пальцем уголок ее глаза.

– Ты не зря переживаешь. Я уже нашел морщинку.

– Я не шучу! – выпалила Лайонин.

– Тебя действительно что-то беспокоит? Не помешало бы поделиться со мной, – начал он и, увидев слезы в ее глазах, окончательно всполошился: – Я никогда не видел тебя такой. Ты всегда весела и невозмутима, даже когда я не в самом лучшем настроении.

Лайонин слабо улыбнулась сквозь слезы:

– Я рада слышать от тебя то, что всегда знала.

– Ложись в постель, иначе я побью тебя, как ты того заслуживаешь.

Он вновь притянул ее к себе, поглаживая ее голый живот, словно проверяя, насколько вырос ребенок за день.

– А что ты скажешь, когда мой живот вырастет горой? — прошептала она.

– Буду надеяться на близнецов, – пробормотал он, засыпая.

Когда наутро Лайонин решила поехать верхом в деревню, Амисия объявила, что хочет сопровождать ее.

Поскольку конюх боялся Лориэйджа, Лайонин приходилось седлать его самой.

– Вы не велите его выпороть? – изумилась Амисия.

– Он совсем мальчишка. Я покажу ему, что Лориэйдж – смирный конь, если поговорить с ним как нужно.

– А вот я уверена, что вы просто сочиняете истории о небывалой свирепости этой клячи, а на самом деле любой может сесть на нее. Хотите, покажу?

– Конечно, – согласилась Лайонин, отступая.

Но вороной жеребец взвился на дыбы и попытался сбросить ее, как только она вставила ногу в стремя. Разозленная Амисия отошла.

Они задержались во внешнем дворе: одна из кухарок с гордостью показывала Лайонин тугие кочаны капусты. Чуть в сторонке маячил мужчина, вызывавший в Лайонин инстинктивное отвращение.

– Кто это? – спросила Амисия. Лайонин пожала плечами:

– Забыла, как его зовут. По-моему, он вечно старается уклониться от дела, да и ведет себя, на мой взгляд, слишком нагло.

– Не находите его красивым?

Лайонин даже не оглянулась на ухмылявшегося рыцаря.

– Нет, – отрезала она, пришпорив скакуна.

В деревне ее сразу же окружили сервы. Она любовалась новорожденными, сочувствовала тем, чьи поля затопило, и по достоинству оценила лучших несушек деревни.