Онлайн книга Чистилище-online 2

— Мудро, — проронил я и продолжил беседовать с продавцом, втираясь к нему в доверие. Бедолага ещё не знал, какую ему придётся сыграть роль.

Глава 16

Вскоре мне удалось вполне панибратски вести диалог с торговцем, которого звали Брух. Он сейчас с надтреснутым смешком проговорил, улыбаясь до ушей:

— А на той неделе у меня яд кончился, которым я крыс травил в подвале. Так я, недолго думая, попросил жену суп сварить… аха-ха-ха… не выжила ни одна крыса.

— Ох и весёлый ты мужик, Брух, — выдавил я сквозь смех, вытирая выступившие слёзы.

— Ага, — тяжело вздохнул тот, мигом погрустнев. — Нет во мне этого.

— Ладно, не переживай. Я научу тебя одному прекрасному приёму, — заговорщицки проронил я и поманил его пальцем.

Тот подался ко мне и развесил свои локаторы. Я же начал втирать ему, какая великая вещь скидки. Недалёкий Брух сперва не понял, как так можно получить больше денег, продавая дешевле. Но я на пальцах объяснил ему, что подобная схема очень даже работает, если продавать большими объёмами.

На этом месте торговец запустил грязную пятерню в спутанные волосы, а потом горько проронил, шмыгнув сопливым носом:

— Да кому я столько продам?

— Ну, может, корабль какой-нибудь прилетит? — предположил я. — Они же берут иногда зажигательные горшки.

— Да корабли редко покупают по многу. Боятся, что смесь может рвануть внутри судна, — печально сказал Брух, повесив голову.

— А ты сделай скидку двадцать процентов и кричи, что такая дешевизна только один день.

— Так я же не закрываюсь, — удивился тот, глядя на меня честными глазами.

— Ой, да потом скажешь, что передумал. У нас так целая сеть магазинов делает, — уговаривал я коммерсанта. — Главное — заработать денег, чтобы жена перестала тебя пилить. А если повезёт, то ты разбогатеешь настолько, что разведёшься с ней и женишься на молодой, послушной, красивой, работящей…

Я видел, что с каждым новым эпитетом глаза Бруха разгорались всё ярче и ярче. И вскоре у него уже слюни текли рекой, а язык болтался в районе груди.

"Ну а расставался я с Брухом чуть ли не в должности лучшего друга. Мы искренне обнимались, жали друг другу руки.