Онлайн книга Чужая луна

Надеюсь, вы не станете этому препятствовать.

— Я так понимаю, это ультиматум? — спросил Врангель.

— Ну при чем тут ультиматум? Это — реальность. Они — не в тюрьме, и у них есть такое право: вернуться домой.

— Но вы же понимаете, что это означает? — жестко спросил Врангель. — Практически это уничтожение русской армии.

— Надеюсь, вы не скажете, что это для вас новость Мы неоднократно говорили с вами об этом. Вы не прислушались к моим словам. И напрасно. Сейчас мое правительство сообщило мне, что рассчитывает на скорейшую демобилизацию русской армии.

— А флот, который мы вам передали? Разве он ничего не стоит?

— Нет, почему же! Но, по оценке наших экспертов, стоимость большинства судов оказалась весьма завышенной. Они конструктивно и морально устарели, крайне изношены и решено в ближайшее же время отправить их на металлолом.

— Мы не на базаре, господин комиссар. Есть договор.

— Да, мы не на базаре, — согласился комиссар Пеллё. — Но у России миллиардные долги. Я имею в виду царские долги. Советское правительство отказалось их признать, и его можно понять. Кто их нам выплатит? Об этом мое правительство тоже вынуждено думать.

Врангель молчал. После бесконечно длинной паузы Пеллё снова заговорил:

— Я вам сочувствую. Вам и вашим храбрым солдатам, которые до сегодняшнего дня продолжают верить вам. Понимаю, как трудно будет вам найти слова, которые убедят их отказаться от мысли продолжать борьбу.

Врангель встал.

— Благодарю вас, господин комиссар, за откровенную беседу, — сказал он и направился к двери.

— Отнеситесь к моим словам со всей серьезностью. Иначе ваши люди столкнутся с весьма разрушительными для них сюрпризами, — сказал вслед Врангелю Пеллё.

Врангель у самой двери остановился:

— Я вас понял, комиссар. И все же я убежден, нам пока еще рано сдавать оружие.

— Оно вам уже не пригодится. Поймите, Совдепия с каждым днем становится все сильнее. От вас начинают уходить люди.

— Уходят слабые и дезертиры.

— Против вас уже вся Европа. Лимит на войны исчерпан, — увещевал Врангеля Пеллё. Он понимал, что Врангель упрям. И не только. Он пока не знал, как, отказавшись от борьбы, «сохранить свое лицо». Но, возможно, потом, позже, проанализировав все, он придет к разумным выводам.

— Не уверен.

— Читайте газеты.