Онлайн книга Чужая жена для главы мафии

И в тот момент, когда разум уплывает и кажется, что я вот-вот взорвусь, Артур отстраняется. Одергивает вниз мою футболку, слегка, словно издеваясь, чмокает в припухшие от поцелуев губы и садится рядом.

— Прикройся, не смущай моего водителя, — бросает он небрежно.

Мне хочется ударить его чем угодно, что только попадет под руку. Настолько сильно, что я, не найдя ничего подходящего, почти решаюсь безоружной наброситься на Севера. Лишь в последний момент инстинкт самосохранения все же берет верх. Крепко сжав зубы, быстро поправляю одежду, стараясь не смотреть в сторону водителя.

"— Хватит на меня пялиться! — не выдержав, шиплю я, на всякий случай отодвигаясь от Артура подальше.

— Неудовлетворенная ты еще злее. Соблазнительней, — хмыкает довольно Север.

— Прекрати говорить такие вещи! — требую я, едва справляясь с желанием зажать уши ладонями.

— Что такое? Смущает?

Я бросаю на него выразительный взгляд, а после перевожу глаза на водителя. Все эти намеки и так звучат пошло, а уж при лишнем свидетеле так вообще…

— Привыкай, — пожимает плечами Север, не прекращая скалиться, — Или ты что, когда замуж выходила, думала, что муж будет тебя только целомудренно за ручку держать и ванильные нежности говорить?

— Ты не мой муж, — отрезаю я, — Так что не надо мне все это выговаривать.

— Осторожнее на поворотах, принцесска. Я ведь могу и обратно тебя вернуть. К любимому мужу, — насмешливо говорит Артур.

— Я не вещь, чтобы меня возвращать! — выпаливаю, все больше горячась, — Отпусти меня — и все. Обещаю, я даже в полицию не пойду, никому и ничего никогда не расскажу. Только отпусти.

Артур удивленно вскидывает брови и с искренним любопытством уточняет:

— Не пойдешь в полицию?

— Да. Клянусь чем угодно, Север, я не стану писать заявление.

Я ожидаю чего угодно: что он набросится на меня, сдавит горло ладонью, начнет угрожать. А может вообще ударит… Но не того, что Север искренне расхохочется мне прямо в лицо.

— Смешно, смешно, детка, — фыркает он, не прекращая улыбаться.

Меня берет дикая злость и обида из-за этой реакции. Лучше бы он пощечину дал, не так бы было больно. Ведь его смех значит, что никакой полиции он не боится и мои угрозы для него звучат как детский лепет.