Онлайн книга Дерзкая

Одна пара, направляющаяся в Рай, привлекла мое внимание: женщина, одетая в прозрачный сиреневый балахон и раскрашенная, как для маскарада, и мужчина в строгом костюме. Но в первую очередь меня заинтересовал мужчина, — я сразу поняла, что знаю его. Его фигура, походка и манера держать голову были настолько знакомы, что казалось, я видела его не далее, чем день-два назад. Они приближались, не обращая на нас, сидящих на скамье, никакого внимания, причем, если женщина была весела, то мужчина шел, опустив голову и молчал.

— Валера, ты не забыл о сегодняшнем вечере?

— Ни в коем случае! — мой собеседник также махнул ей.

Спутник женщины по инерции прошел несколько шагов, потом вскинул голову и повернулся посмотреть на говорившего. И я поняла, почему так наверняка узнала его. Ведь целую неделю я добросовестно ходила за ним след в след и дышала ему в затылок. По аллее, хмурый и поникший, шел… Роман Зубарский. Женщина подхватила его под руку и повела дальше, к дверям Рая.

— Вы не знакомы? — Уточнил мой странный сосед, видимо заметив мою реакцию на проходившую пару.

— С кем? — машинально спросила я, еще не до конца осознав, что же произошло.

— С Мариной.

Не желая ни врать ему, ни говорить правду, я произнесла первое, что пришло мне на ум:

— Я и с вами еще не знакома, а вы уже допрашиваете меня и делаете выводы о моих намерениях.

— Позвольте отрекомендоваться: Валерий Извеков, — отозвался мужчина.

— Екатерина Орешина.

Забавное сходство двух моих новых знакомых получило банальное объяснение, и начавшее было панически колотиться сердце немного сбавило обороты. Я по-прежнему провожала взглядом чету Зубарских, понимая, что не было смысла ломать голову над тем, что же такое я увидела. Они вошли в огромные стеклянные двери и исчезли.

— У тебя хорошее имя, но плохая фамилия, — неожиданно заявил Валерий.

— Это почему же?"

"— Эта фамилия напоминает мне об опасности, которой все мы подвергались по вине человека, носившего такую фамилию… Впрочем, мне нет нужды использовать дипломатические намеки.

— Вам не может быть известно о моих намерениях, — отрезала я, демонстративно показывая свое нежелание переходить на «ты».

— Мне известно все. По крайней мере все, что мне нужно. Но при всем при этом, я вовсе не хочу для тебя неприятностей.