Онлайн книга Девочка моя, или Одна кровь на двоих

Что, пригласил и передумал, и теперь деваться некуда?

И разозлилась в ответ: «Ой, да и ладно! Пусть себе злится, мало ли поводов у хозяев жизни злиться!»

– Бывший муж, – ответила ровно, – мы развелись месяц назад.

– Судя по всему, он против, – холодно и малозаинтересованно заметил он так, чтобы поддержать разговор.

– Да какая разница: против, не против! – как о больном зубе, скривившись, сказала Маша.

– Вы переживаете? Обидел? Изменил? – спросил Победный тем же тоном.

Она посмотрела на него, помолчала, отвернулась к созерцанию спасительных речных пейзажиков, мимолетно отметив про себя, что к великолепным блюдам, предложенным на обед, ни она, ни Дмитрий Федорович почему-то даже не притронулись, предпочтя по глоточку потягивать вино и делать вид, что разговаривают о пустяках.

– Да, я сегодня громыхнула посылом. Но к семейным разборкам это не имеет отношения. Навязчивая докучливость чужого человека, который не понимает слова «нет», – все-таки ответила Маша.

– Как-то быстро, Мария Владимировна, через месяц и чужой? – чуть добавил в холодный тон тепленькой водицы удивления Дмитрий.

Машка снова повернулась и посмотрела на него. Дмитрий Федорович сидел откинувшись на спинку стула, нога на ногу, в руке бокал красного вина, в расслабленной, скучающей позе.

Ни поза, ни нарочитая холодность тона Машку не обманули, в нем по-прежнему что-то клокотало, но он держал под контролем свое «варево», хотя на Машку волнами накатывали его эмоции такой силы, что мурашки бежали по позвоночнику.

«Ну, пусть себе!» – снова отмахнулась она мысленно.

– Вы его видели? Оценили?

Он кивнул утверждающе – видел, оценил, но промолчу…

Машка отвернулась – лучше она на реку будет смотреть, так проще и безопаснее!

– Ну вот. А я не видела и не оценила. Я тогда ничего не видела.

Она замолчала. Ей хотелось облечь в слова свое выстраданное понимание, рассказать все Диме, но не Дмитрию Федоровичу, постороннему, не узнавшему ее человеку. Машка вздохнула – все равно он Дима, пусть и ставший другим.

"– У меня один за другим умерли все родственники. Папа последним, после его похорон я вдруг поняла, что осталась на свете совсем одна. То есть абсолютно одна: ни друзей, ни подруг, ни родственников – совсем одна. И я так перепугалась! Я всю жизнь жила в семье – бабушки, дедушки, мама, папа. У родителей были прекрасные друзья. И мне казалось, что это навсегда, я чувствовала себя защищенной. И вдруг как голая посреди площади оказалась.