Онлайн книга До потери пульса

Наверное, надо было взять платежки, занести их Корниловой, а потом идти по своим делам, но я все-таки не девочка на побегушках! Начну сразу источать любезность, так эта Лена на меня попробует еще что-нибудь навесить. А у меня здесь совсем другая миссия. Я вышла из ателье, спустилась на третий этаж, заглянула туда и, увидев в конце коридора какую-то толпу, решила пройти мимо нее, дабы послушать, о чем говорит народ. Речь шла о каком-то Толяне, и я предположила, что, возможно, говорят они все как раз о Синичкине, лаборанте, отравившемся химикатами.

– Да не было у него ничего с Машкой, и быть не могло, – сказала какая-то девица в белом халате. – Вы вообще можете представить их рядом?

– А почему, собственно, нет? – возразил мужчина средних лет.

– Гена, можно подумать, ты не знаешь, какие у Машки были запросы! – усмехнулась девица.

– Не знаю, я с ней близко не общался. Может, она только с виду была такой высокомерной, а в душе она совсем другая.

– Ага, вся такая мягкая и пушистая!

– Лиза, вот ты не веришь, а я однажды слышал, как Толян с ней по телефону разговаривал, и у меня создалось такое впечатление, что они обсуждали совместно проведенный вечер.

– Может, он с какой-нибудь Машей и провел вечер, но только не с Кашинцевой!

– Подумаешь, вечер, не ночь же, – сказала девушка, до сих пор хранившая молчание, и все засмеялись.

Я решила, что речь идет вовсе не о Синичкине, и пошла своей дорогой. Спустившись по другой лестнице на второй этаж, я прогулялась по нему, остановилась у помещения турфирмы «Пять континентов» и начала от нечего делать знакомиться с его «горячими» предложениями. Вскоре боковым зрением я заметила мужчину, который пять минут назад доказывал девушкам из «Бюро товарных экспертиз», что некий Толян крутил амуры с Машей Кашинцевой. Он вошел в офис турфирмы. Я заглянула туда и поняла, что Геннадий – сотрудник «Пяти континентов»: он прикрепил на пиджак фирменный бейджик.

Затем я спустилась на первый этаж, нашла кафетерий, взяла чашечку кофе эспрессо и села за столик у окна.

– Можно к вам присоединиться? – через минуту спросил меня низкорослый молодой человек лет двадцати пяти – двадцати восьми и, не дожидаясь ответа, плюхнулся напротив меня. – Спасибо, что не отказали.