Онлайн книга Дрессированная смерть

Облокотившись на рукоятку, он наблюдал, как работают его товарищи.

– Хватит отдыхать, – недовольно бросил ефрейтор.

– Что, уже и покурить нельзя? Сколько снег ни разгребай, а он валит и валит.

– Снег валит, а служба идет.

Жадно затянувшись, рядовой отбросил бычок в сугроб и вновь взялся за работу. На дороге к аэродрому показался «УАЗ» и крытый брезентом «Урал».

– Едут, – с уважением произнес ефрейтор, – «УАЗ» майора Лаврова.

– Учения? – рядовой продолжал работать лопатой, но не отрывал взгляда от машин.

– Кто ж его знает.

– Если не учения, то что?

– Спецназ. Всякое может быть. Майор Лавров добровольцев-контрактников отбирал. Тридцать человек. И старлей Барханов с ним. Боеприпасы – боевые, – ефрейтор был чуть более осведомлен, но и ему не было известно, куда направляется спецназ.

– Ребята говорят, что спецрейсом из Москвы какой-то капитан прилетел.

– Говорят… а ты повторяешь, – огрызнулся ефрейтор.

В «УАЗе» и впрямь ехал командир батальона спецназа ВДВ майор Лавров.

Машины выехали на летное поле. Огромный «Ил-76» уже был готов к взлету.

– А вот и фээсбист, – пробормотал майор Лавров, вглядываясь в молодого капитана, тот стоял, прикрыв щеку от мокрого снега ладонью, – к нему подъедь, – бросил он шоферу.

Фээсбэшник нырнул в «УАЗ» и тут же протянул руку Лаврову:

– Капитан Вежновец. Вас ознакомили с приказом?

Лавров не очень охотно пожал руку. То, что ему придется находиться в оперативном подчинении у чекиста, не предвещало ничего хорошего.

– Майор Лавров, – представился он, – естественно, ознакомлен. Вы в курсе обстановки?

– Вы следите за теленовостями? Про эвакуацию нашего посольства из Африки слышали?

– Только то, что прозвучало в телевизоре.

– На нас возложена миссия государственной важности. Мы десантируемся в Северном Афганистане. Неподалеку от места высадки находится заброшенный аэродром. Всего пару часов назад туда приземлился гражданский «Ту-154» с пассажирами на борту: сотрудники посольства и эпидемиологического центра. Наше руководство беспокоится за жизнь людей, это район с традиционно нестабильным режимом. Он не контролируется официальным Кабулом.