Онлайн книга Двенадцать дней Коляды

Чего они только не нашли – переписки с воинами Святого Полка, какие-то личные заметки разных людей, переписанные страницы из Святой Книги, но ничего полезного.

К утру Радомила уснула, а когда проснулась, увидела на полу миску с едой. Разбудила Ждана, быстро перекусила и продолжила поиски.

Мало-помалу стопка книжиц уменьшалась, а вместе с ней таяли их надежды. Возможно, Тихомир не записывал ничего о сиротах, а они просто тратят время.

На исходе третьего дня в книгоположницу поднялся Млад, а за ним – тучная женщина в годах.

– Я вдруг подумал, что она может вам помочь, – пояснил Млад. – Это Светлана, она начала служить при церкви давно, еще при Тихомире.

– Что ж ты раньше не сказал? – Радомила всплеснула руками.

– Вы не сказали мне, что ищете, откуда мне было знать? – смущенно пробормотал священник. – Пойду, а вы помогите ей спуститься потом.

– Из-за болезни ноги совсем плохие стали, – смущенно сказала Светлана.

– Имена сирот. – Радомила села рядом с женщиной и взяла ее за руку. – Нам кажется, сюда наш сын попал.

– Думаете? – удивилась Светлана. – А как его звали?

– Так вышло, что мы не знаем, – вмешался Ждан. – Потеряли сына еще младенцем, удалось узнать, что его Тихомир спас, вот и приехали сюда, а он, оказывается, помер.

– Сколько лет мальчишке сейчас должно быть? – Светлана задумчиво смотрела в крошечное окошко.

– Двадцать девять примерно, – ответила Радомила.

– Ровесник Млада почти. – Женщина кивнула. – Тогда служили Нина, Мстислав и Тихомир. Совсем маленьким, говорите, потеряли сына? На моей памяти всего два грудничка здесь было в то время.

– Они выжили? – тихо спросила Радомила.

– В общем, да. – Светлана смутилась.

– Говори. – Ждан присел на корточки перед ней. – Не скрывай, мы слишком долго жили в неведении.

– Одного мальчишку Святославом звали, но он на вас совсем не похож – белесый, как моль, волосы светлые-светлые.

– Ну а второй? – Радомила сама не заметила, как за плечо женщину схватила. – Кто второй?

Светлана опустила взгляд и сказала:

– А второго назвали Дарием.

Мир померк, а потом рассыпался осколками разноцветными. Все исчезло – и чердак, и бумаги, только обрывки воспоминаний перед глазами мелькали.

Дарий.

– Господи, – прошептала Радомила. – Господи боже…"

"Волосы его темные, вьющиеся, точь-в-точь как у Ждана.