Онлайн книга Его звезда

Вспомнила первую встречу с Эмином, когда он на меня толком и не взглянул. Где был тот самый переломный момент, когда он внезапно стал мне интересен, а потом я поняла, что люблю его? Люблю так сильно!!! Люблю его до потери дыхания, как бы не банально это звучит. И рвет эта любовь, переплетается с болью, связывают узлы, которые не развяжешь. Обхватываю голову руками, беззвучно рыдая, упираясь локтями в колени.

— С вами все в порядке? — шарахаюсь в сторону на скамейке от незнакомого голоса, поспешно вытирая лицо, зачесывая волосы назад пальцами.

— Да, все хорошо…, наверное, — опять меня накрывает. Эмоции хаотичные, невозможно понять от чего меня сейчас выворачивает, но скорей всего все в совокупности: осознание, что родителей нет. Я и раньше понимала, что они умерли, но именно сейчас, с уходом Эмина, почувствовала себя такой одинокой, покинутой, некому не нужной.

Передо мною появляется бутылка с водой. Растерянно поднимаю глаза.

— Спасибо, — беру бутылку и делаю первый глоток. Он присаживается рядом со мною, смотрит на памятник.

— Родители?

— Да, — и где-то рядом мое разбитое сердце. Молчание не тяготит, украдкой рассматриваю мужчину. У него русые волосы, коротко подстриженные, отсутствует какая-либо растительность на лице, губы начинают ныть, сколько раз я терлась об щетину Эмина до раздражения. Приятный на вид человек, у меня не возникает желания избавить от этого общества.

— Тяжело потерять обоих родителей в один день.

— Особенно после дня рождения.

— Погибли? — серые глаза сочувственно на меня смотрят.

— Авария. Я этот день праздновала в ресторане с друзьями, родители были в соседнем зале. Если бы я знала, что это будет последний вечер, я бы не стала проводить последние часы с лицемерными людьми. Я бы посидела с мамой и папой, сказала им, что сильно их люблю, — шмыгаю носом, опять плачу.

"— Спасибо, — промокаю лицо платком, комкаю его в руке. — Если бы не Эмин, не знаю, как бы справилась со всем. Все же он многое на себя взял, пока я пыталась понять, что такое бизнес и с чем его едят! — смотрю на памятник, папа словно ободряюще мне улыбается, как бы подталкивая использовать этого добровольного слушателя. Все равно мы никогда с ним больше не увидимся.