Онлайн книга Элементально

Нравился этот размеренный отдых, услужливость нагов, экскурсии по удивительным местам, экзотическая еда, напитки и массаж. Особенно массаж!

Я пристрастилась к нему так сильно, млея под опытными руками отельного нага-массажиста Мигеля, что теперь ходила к нему практически ежедневно. После такого массажа, расслабляющего организм до последней косточки, меня посещали мысли. О том, что делать дальше, ведь отдых не вечен, а я все больше скучаю по работе и Райвер. По Еванши и девочкам, по Ильсу и тренировкам.

А иногда даже по Герману.

Здесь, вдали от него, намного чаще вспоминались именно хорошие моменты, чем плохие. Его глаза, улыбка… Наши танцы на последнем балу и редкие беседы, когда он не выходил из себя. Его лицо в пентаграмме и шелк волос. Сильнее всего я грустила о том, что больше никогда не полетаю на драконе. Эти счастливые мгновения навсегда останутся со мной, но лишь в воспоминаниях.

Наверное, отдохну еще неделю, может, две, как раз пройдут новогодние каникулы, и если меня еще не уволили, то вернусь обратно в академию.

А пока…

Я бы с удовольствием спала как минимум до обеда, но каждое утро у нас начиналось не позже восьми. И каждый раз одинаково.

Просто чей-то растущий организм физически не мог вынести продолжительного сна своей хозяйки и с первыми лучами рассвета требовал к себе внимания. Ну и поесть.

— Пельмешище… — Я слабо отмахнулась от прыгающей по моей спине дракошечки. — Твоя попа скоро не пролезет в двери! Нельзя столько есть.

— Доброе утро, — раздалось чересчур близко, и я замерла.

Медленно повернула голову на звук, покрепче вцепилась в тонкую простыню, так как спала обнаженной, — в этих тропиках по-другому никак, и напряженно прищурилась.

Мы смотрели друг другу в глаза минуты три. Я в шоке, а Герман, вольготно расположившийся на соседней подушке, задумчиво.

— Я скучал. — Его голос был хриплым от сна.

Мужчина поднял руку и убрал с моего лба прядку. Моргнула, не ожидая от него настолько простого жеста, и лишь спустя еще минуту до меня дошло.

— Я без амулетов! — прошептала севшим от тревожного предчувствия голосом.

— Они больше не нужны. — Он говорил спокойно, а в глазах светилась непривычная мне грусть. — Ты выполнила условие, отменяющее проклятие. Бескорыстное самопожертвование — так оно звучало.