Онлайн книга Гордая птичка Воробышек

Ради Веики Юйху принял образ Люй Ханя и подарил девушке вечную жизнь. С тех пор они вместе затерялись где-то в кромке горизонта.

– А что же Дан-дан?

– Ничего. Шторм забрал их вместе с работорговцем в первую же брачную ночь. Со всем золотом и прочим скарбом.

– Надо же… – разочарованно тяну я, возвращая щеку на подушку. – И все же, Илья, я не совсем поняла, что хотел сказать Донг.

Люков поворачивает ко мне лицо и задумчиво смотрит. Я не знаю, на чем сосредотачивается его взгляд, но почему-то облизываю губы.

– Любовь Веики – большая награда, ее надо заслужить.

Едва он произносит эти слова, я тут же чувствую, как у меня обрывается вздох и замирает сердце. Отступившие было тени наползают со всех сторон, и в их сгустившейся пелене так легко угадать ненавистное лицо со стальным взглядом. И руки – крепкие, безжалостные, намертво прижавшие меня к груди…"

"– Нет, – дергаю я головой.

* * *Я не пойму, что с ней происходит. Только я растолковываю слова Донга, как на лице птички отражается испуг.

Какого черта?!

– Все будет хорошо, воробышек. Никто не сможет заставить тебя любить себя против твоей воли, что бы ни сказал Донг.

– Правда? – ее глаза смотрят с такой надеждой, а лицо так близко, что мне требуется недюженная сила воли, чтобы не коснуться нежной щеки рукой и не запутаться пальцами в ее длинных, упавших на грудь волосах.

– Правда, птичка. Никто.

Она успокаивается, кладет голову на подушку, закрывает глаза и сворачивается возле меня клубком.

– Спасибо, – шепчет, тяжело выдыхая.

Через минуту она уже спит. Через две – утыкается лбом в мое плечо и прячет теплую ладонь в сгибе локтя, через три – будоражит притихшего было зверя мягким дыханием, заставляя с новой силой заскулить в оковах так и не утихшего желания.

Проклятье! Почему птичка не хочет любви? Есть ли у нее тот, кого она готова назвать любимым? И кто, к чертовой матери, упомянутый жених?! Как это все вяжется со страхом в ее глазах и болью в голосе?

Столько вопросов, а самый важный – один: не допустил ли ты, Люков, сегодня непоправимой ошибки?

– Дурак, – шепчу я в тишину комнаты, приставив кулак ко лбу, – похотливый идиот! – но сердце тут же отвечает смехом.

Ох, очень надеюсь, что нет, а с остальным я разберусь.