Онлайн книга Я тебя прощаю. Чужая любовь

Как же трудно просто говорить с этим мужчиной.

– Нет, – ответил он не раздумывая.

– Могу я попросить тебя посидеть минут пятнадцать с Тёмой? А лучше полчаса, – добавила с извиняющейся улыбкой.

Оборотень молчаливо перевел взгляд на ребенка.

– Если ты откажешься, я пойму, – я затараторила.

– Без проблем.

– О! – я не сдержала радостный возглас. – Большое спасибо. Я постараюсь быстро тебя освободить.

– Я не спешу, – ответил Адам.

– Зря ты это сказал, – я нервно рассмеялась, осматривая погром на кухне. – Я ведь могу и воспользоваться этим.

"Идея принять помощь Адама оказалась не такой и замечательной. Нет, оборотень справлялся с обязанностями няньки ничем не хуже Мии. Хоть его действия и выглядели неуклюже и неуверенно, но Тёма был доволен. С ним играли, строили рожицы, носили от предмета к предмету, стоило только ему потянуться в нужную сторону. Но присутствие старшего Лесмана в доме в очередной раз напоминало об Эриле, и я вновь невольно сравнивала братьев.

– Ой, Тёма. Нельзя так.

Малыш хватал мужчину за отросшие волосы и безжалостно дергал. Любимое занятие сына привело к тому, что мы с Мией собирали волосы в тугой хвост и закрепляли их заколками на макушке, а тут свободный доступ и никакого ограничения.

Я помогла Адаму разжать детский кулачок.

– Не разрешай так делать.

– Мне не больно, – оборотень пояснил свое желание остаться без волос. – Если волчонку нравится… – Неопределенно пожал плечами.

Сын гордо восседал на руках и тянул крохотные ладошки к мужскому лицу.

– Мне потом может не понравиться, – рассмеялась я. – Он будет думать, что это игра, – пояснила и примолкла.

Эрил не любил, когда я оспаривала его решения, всегда старался настаивать на своем. Мне иногда казалось, что ему был важен сам факт оказаться тем, кто оставил последнее слово за собой, будь оно даже неверным.

– Об этом я не подумал, – спокойно ответил оборотень. – Посиди, пацан, минутку сам, – Адам опустил Тёму в манеж.

– Он сейчас…

Малыш набрал побольше воздуха в легкие и приготовился плакать, но не успел завести свою любимую пластинку: «Хочу на ручки».

– Все. – Вновь взял ребенка на руки и улыбнулся ему. – Я быстро.

Я смотрела на мужчину с недоверием. Не узнавала его. Некрасиво уставилась, словно видела впервые. Спохватилась лишь с вопросом Адама, все ли у меня хорошо.

Вернувшись на кухню, изредка поглядывала сквозь дверной проем.