Онлайн книга Источник счастья

— Скажи, этот институт, который тебя пригласил, занимается омоложением? — спросила мама, когда ушла курьерша.

— Мама, — Соня поморщилась, — ну ты же разумный, образованный человек. Что такое омоложение, как ты думаешь? Не в смысле разглаживания морщин и закрашивания седых волос, а на уровне каждой клетки и всего организма, как единой системы, заметь, живой системы, то есть находящейся в постоянном развитии, движении.

Мама удивлённо уставилась на Соню. Она была явно озадачена вопросом.

— Софи, но ведь об этом в последнее время столько пишут!

— Мама, у нас какое нынче тысячелетие на дворе? Уже третье от Рождества Христова.

— А ты считаешь, что это в принципе невозможно?

— Не знаю. — Соня вытянула ногу и принялась рассматривать сапог. — Я считаю, что женщина, обутая в такую обувь молодеет сразу лет на десять и не надо никаких сложных биотехнологий.

— Ты хотела позвонить странному старцу Агапкину.

— Нет, не забыла. Просто боюсь. Сама не знаю почему. — Соня расправила плечи, повертела головой. — Ужасно затекает шея. Мам, ты не будешь ворчать, если я закурю? Вот сейчас сигаретку выкурю и позвоню.

— Поворчу, конечно, но про себя. Может, сначала позвоним Биму?

Соня встала, приоткрыла окно, выпустила дым и опять завертела головой, тихо покряхтывая.

— Ох, мамочка, Бим в последнее время только и делает, что рассказывает по радио и по телевизору, как будет омолаживать всех желающих и продлевать жизнь до ста пятидесяти, двухсот лет.

— Вдруг этот Агапкин первый его пациент? — мама нервно усмехнулась. — Или, наоборот, учитель? А что, не худо бы сбросить годков десять-пятнадцать.

— Ты и так выглядишь очень молодо, причём без всяких усилий.

— Без всяких усилий — это некоторое преувеличение. — Мама скромно засияла, и Соня подумала, что напрасно никогда раньше не говорила ей комплиментов. Это каждому нужно, даже маме, такой разумной и оптимистичной.

— Брось, мамочка, ты же не делала подтяжек, не вводила себе силикон или ботакс под кожу.

— Нет, избави Бог. Но я очень серьёзно собой занимаюсь, бегаю по утрам, хожу в тренажёрный зал, периодически голодаю. Мои пятьдесят четыре мне, конечно, никто не даёт. Сорок, максимум. Но ведь я знаю, сколько мне лет на самом деле.

— Вот в том-то и дело. Человек это всегда знает, что бы ни творил с собой, как бы себя ни омолаживал.