Онлайн книга Истоки

Хотя это относилось к Деймону.

— Деймон, могу сказать тебе, что ты такой же милый, как и твой брат, — сказала она с преувеличенным южным акцентом. Даже, несмотря на то, что эту фразу использовали все девушки в стране, разговаривая с мужчиной, из ее губ это звучало неопределенно и насмешливо.

— Это мы еще посмотрим. — Деймон улыбнулся. — Ну, так что братец, мы позволим Кетрин присоединиться?

— Ну, я не знаю, — сказал я, засомневавшись. — А какие тут правила?

— Кому нужны правила? — спросила Кетрин, усмешливо, показывая ровные, белые зубы.

Я перекрутил мяч в своей руке.

— Мой брат грубо играет, — предупредил я.

— Почему-то мне кажется, что я играю грубее. — В один момент, Кетрин выхватила мяч из моих рук. В предыдущий день, ее руки были холодными как лед, несмотря на жаркую погоду. Ее прикосновение пропустило энергию через мое тело и мой мозг. — Проигравший ухаживает за моими лошадьми! — произнесла она, и ветер начал растрепывать ее волосы.

Деймон наблюдал за ее бегом, вскидывая на меня бровью.

— Девушка явно хочет, чтобы за ней побежали, — вместе с этим, Деймон выкопал свои пятки из земли и побежал, его сильное тело мчалось к холму.

Спустя секунду, я тоже побежал. Я чувствовал ветер.

— Я тебя сделаю! — крикнул я. Это была фраза, которую я кричал, когда мне было 8 лет, и я играл с девчонками моего возраста, но я чувствовал что ставки этой игры гораздо выше, чем в любой игре, в которую я когда-либо играл в своей жизни.

Глава 5

Проснувшись на следующее утро, я узнал от слуг Розалин, что ее дорогая, Пенни, подверглась нападению.

Все это время, Миссис Картрайт не одобряюще поглядывала на меня, как будто я должен был лучше стараться успокоить Розалин.

— У тебя есть я, — сказал я, только для того, чтобы успокоить ее. Тогда, Розалин обняла меня, заплакав еще сильнее в мое плечо, так, что от ее слез осталось мокрое пятно на моем жилете.

Ты должен быть сильным, борцом, говорил он на похоронах. И я таким был. Я не плакал когда, всего через неделю после смерти Мамы, наша няня, Корделия, начала рассеянно напевать Французскую колыбельную, которую всегда пела Мама. Не плакал, когда отец повесил портрет Матери в гостиной.