Онлайн книга Юсупов. Серое Братство

Наоборот, я был уверен, что все пройдет как надо.

В сопровождении бойца я поднялся на второй этаж, свернул в левое крыло. Мой провожающий остановился возле одного кабинета, постучал в створку и, услышав приглушенное «войдите», открыл дверь, пропуская меня в кабинет:

— Прошу, — с улыбкой произнес он.

— Благодарю.

Я шагнул в кабинет, осмотрел помещение. Оно было в точности похоже на то, где я передавал отчет Игорю Викторовичу Гольянов.

Только за столом сидел мужчина лет пятидесяти. Лицо хозяина кабинета пересекали морщины.

Хозяин добродушно взглянул на меня, улыбнулся и поправил на переносице очки в тонкой золоченой оправе:

— А, мастер Медведев, — произнес он. — Добрый день. Вы пришли проверить, как ваши однополчане?

— Добрый день, мастер, — ответил я.

— Белов, — охотно подсказал мне лекарь. — Меня зовут мастер Филипп Прохорович Белов. Идемте, я покажу, как разместили ваших однополчан. У нас нет никаких тайн от командования.

Он встал из-за стола и направился к выходу. Я последовал за ним.

Глава 24

Неудобная правда"

"Уже у выхода из кабинета я заметил на стене в аккуратной рамке старое фото. Судя по всему, оно было сделано еще до Восстания. На нем были изображены несколько человек в белых рясах Синода. В одном из жрецов я без особого труда угадал хозяина кабинета. А рядом с ним стоял мужчина, которого я опознал не сразу. После Восстания этот человек стал Верховным Жрецом. И во всей империи не найдется никого, кто бы не знал его в лицо.

— Согласно договору с вашим гвардейским полком, мы разместили ваших сослуживцев в отдельном корпусе, — начал Белов, когда мы вышли в коридор. — Мало ли как «Лебеди» могут отреагировать на чужаков? Вдруг кому-то в голову взбредет, что случилось неладное и им угрожает опасность.

Я только кивнул, делая вид, что соглашаюсь с лекарем.

— Всех ваших сослуживцев мы разместили на первом этаже этого корпуса, — продолжил Белов. — Помещения на самом деле больше похожи на казармы, но жить в них можно. К тому же после первичного обследования мы переведем бойцов с самыми запущенными случаями в отдельные корпуса за городом. Где они будут проходить лечение и реабилитацию.

— Вот оно что, — кивнул я.