Онлайн книга Кайа.История про одолженную жизнь(том 1-6)

И что при помощи этой информации возможно будет взять ее за «жабры», как вы выразились. Насчет первого, вы и сами до конца не уверены, а насчет второго…

Мстислав развел руками.

— Но ей никак нельзя позволить заполучить сейчас это.

— Не забывайся. — тихим шепотом произнес Воланд, из образа которого вмиг исчезло всякое фиглярство, и он стал таким, каковым на самом деле и является.

Чрезвычайно опасным, как запрещенное всеми конвенциями ядерное оружие.

— Туше, Леонид Павлович! Вы же не хуже меня осознаете факт…самую упрямую вещь, с ваших же слов…: если я начну действовать против царской любовницы, а завтра вдруг выяснится, что та самая одна тысячная процента сыграет, как говорится, всю партию… В таком случае мне будет лучше прямо здесь и сейчас пристрелить вас, а затем, написав покаянное письмо Государю, застрелиться самому.

— Вы драматически заблуждаетесь, любезнейший… — все тем же шепотом ответил Воланд.

Знаю! — с ненавистью подумал Ястребенский.

— Тогда…дорогой друг…не заставляйте меня проверять эту гипотезу на практике! Ладно, мы, кажется, свернули куда-то не туда.

— Согласен! — заявил Воланд, в поведении которого вновь начало появляться фиглярство.

— Говорите, завтра барышня Филатова самолично привезет информацию своей Госпоже? Что ж, прекрасно! У меня есть все полномочия, чтобы этого не допустить. А заодно и навсегда выбью из рук царской любовницы столь ценную…с ваших же слов…для нее «пешку». Ну а там, глядишь, и саму даму Кристину «пристегнем» к тому, что перевозила ее…

— Названая сестра.

— Названая сестра. — повторил Мстислав.

— Хорошо, сделаем по вашему разумению. — согласился «Леонид Павлович».

Этот тип отказов не принимает. — подумал Ястребенский. — И, если он согласился, значит, убрать от Кристинки девку Филатовых для него сейчас важнее, чем низвергнуть саму царскую любовницу. Интересно, почему?

— Но… — продолжил Воланд.

— Что-то еще⁈ — чуть более резко, чем собирался, спросил Мстислав.

— Вы уже знаете, что царская любовница беременна? — вопросом на вопрос ответил Воланд.

— Этого не может быть! Ведь будь она, и правда, беременна, то я бы это точно знал! — отмел подобную возможность замруководителя Тайной канцелярии.

— И тем не менее это факт.

— Сколько недель, вам известно? — поинтересовался Мстислав.

— Четыре недели. Родится мальчик.

— Четыре недели? Это слишком маленький срок для того, чтобы установить пол эмбриона. — возразил Мстислав.

— Но родится мальчик.