Онлайн книга Каторжник

Пожалел бы ты меня, горькую вдовицу!"

"Я поначалу не нашелся даже, что ответить, тем более даже и не представлял, о чем здесь с ними говорить и как флиртовать в этом времени. Впрочем, здесь все, кажется, было просто, заигрывали со вполне конкретными намерениями.

Сказать, что мне хотелось женщину — это не сказать ровно ничего. Вчера, пока парились арестантки, ух, как у меня дымились уши и как я себя сдерживал, чтобы откровенно не пялиться. Но весь предыдущий опыт говорил мне: осторожно! Да и венерические заболевания явно в этом времени существуют! К тому же дамочка такая веселая, могла быть слаба на передок, небось, не одному мне кидала эти недвусмысленнее намеки! Черт.

Видя мои терзания, молодка, кажется, немного обиделась, однако с надеждой в голосе произнесла:

— Ежели что, завтра проси, чтобы кандалы с тебя сняли, да приходи к нашей бабьей партии, авось, о чем сговоримся!

На том и расстались.

Не видя другого выхода, я решил посоветоваться с опытным во всех делах Фомичом, про средства контрацепции спрашивать не стал, но вот насчет другого просветиться надо было.

— А срамные болезни-то присутствуют? — тихонько спросил я, дабы другие не расслышали наш разговор.

— А то! — хмыкнул старик.

— Понятно… — протянул я.

— А ты чиво интересуешси?

Ну, я и объяснил. Фомич лишь плечами пожал.

— Смотри, паря, дело твое. Только тут бабы все убивцы!

— Чего? — не совсем понял я.

— А ты думал, отчего она вдовая-то? А? Так это она сама мужа своего и ухайдакала!

— Да ну! — только и протянул я.

— Да истинно так! Они почти все тут по этакому делу: иль мужа убила, иль ребенка своего. Аль с разбойниками якшалась, но энто нечасто выходит. Так что срамная хворь у нее вряд ли есть, разве что от мужа.

«А девчонка-то хороша», — промелькнуло у меня в мыслях, когда я поудобней устроился на нарах.

Очередные две копейки, и вновь кандалы были сняты, а я свободен, не считая солдата, таскающегося следом. Больше, чем я могу себе позволить: небогатые накопления стремительно тают, но что значат деньги, когда душа изнывает и от телесного, и от душевного холода? Заклепка, выбитая из кандалов, упала в снег, ледяные железные цепи соскользнули с ног, и я, разминая руки, шагнул в сторону женской колонны, пока вьюга завывала над нашими головами.