Онлайн книга Халхин-Гол. Граница на крови

Мимо них солдаты пронесли раненого, поместили его в отдельную небольшую палатку.

— Занимайся своими делами, — сказал Куроки сержанту и зашел в эту палатку.

Санинструктор накладывал новые бинты на ноги раненого.

— Как закончишь, зайди ко мне в штабную палатку, — велел ему майор и вышел.

В штабной палатке находился только заместитель командира отряда капитан Одзава.

Куроки снял экипировку, бросил ее на кушетку, покрытую циновкой, расстелил на столике карту.

— Мы выполнили задачу, господин майор, — сказал Одзава.

— Начальную да, но есть и последующие.

— Я в курсе. Просто по этому поводу можно выпить немного саке.

— Нет, — отверг это предложение майор. — Передай, чтобы сюда принесли обед, а ужин — на час позже обычного, потом займись выставлением постов охранения. Удаление от лагеря не менее двухсот метров, в окопах, так, чтобы каждый дозорный видел остальных. Всего подготовить четыре поста. Охранение распределить равномерно по группам, смена — два часа, начиная с восемнадцати ноль-ноль.

— Надолго мы здесь задержимся?

— Нет, — ответил майор.

Не прошло и минуты после ухода заместителя, как в штабную палатку явился санинструктор."

"— Разрешите войти, господин майор?

— Входи, Яно.

Сержант зашел, встал у входа.

— Я видел, солдат ранен в ноги, — сказал Куроки.

— Правую пуля только царапнула, а вот левая раздроблена.

— Значит, он сам передвигаться не может?

— Конечно, нет, господин майор. Я сейчас наложил ему шину, перебинтовал, дал обезболивающее.

Майор встал, подошел к санинструктору и произнес:

— Надо поговорить с сержантом Санто, чтобы он забрал раненого в расположение батальона.

— Говорил уже. Он бы рад, но отсюда группа пойдет к границе, ей надо установить еще два таких лагеря.

— У них есть машина?

— Так точно. На себе столько палаток не перенесешь, а еще полевая кухня.

— Да, я как-то не подумал об этом, но грузовик не видел.

— Он за высокой сопкой.

— Понятно. Значит, переправить раненого в батальон мы не можем?

— Никак нет. Но я сделаю носилки, и мы будем носить его.

— Носить? — Глаза майора впились в физиономию санинструктора.

— Другого выхода нет, господин майор.

— И как ты, сержант, представляешь действия отряда с раненым?

— Его можно будет оставлять где-нибудь.

— А с ним и тебя. Но ты в первую очередь член боевой группы и только потом санинструктор. Ты должен не сидеть с раненым, а воевать.

— Я плохо понимаю вас, господин майор.

— Между тем все просто. Раненый должен умереть.