Онлайн книга Хочу тебя напрокат

Есть сходства с Людмилой — те же широкие, выступающие скулы и тот же курносый нос!

Разумеется, я сравниваю нос Тимура с носом Люськи, каким он был до операции по ринопластике.

Словно Тимур многое взял от Люськи и совсем ничего от Темирхана. Как будто Тимур совсем не сын Хану.

Я начинаю подсчитывать в уме. Я хотела бы ошибиться в подсчётах.

Но всё указывает, что Люся забеременела от Хана, когда жила в доме моего отца.

Может быть, даже трахалась с ним на одной из наших кроватей!

Злость и ревность снова накрывают меня с головой.

Злость — понятное чувство, но ревности-то откуда взяться?

Я же думала, что переболела и переросла. Мне скоро исполнится двадцать два года, а Темирхану полных сорок лет.

К чему сейчас приплетать мысли о нём?! Но они лезут и лезут, настырные.

Как назло, Темирхан стал ещё красивее. Казалось бы, он уже не молод. Но он, похоже, из того типа мужчин, что лишь хорошеют с годами, настаиваются, как отличное вино, а потом пьянят, пьянят и кружат голову.

Рассматриваю семейные фото Асадовых: Людмила, Хан и их сын.

Каждую чёрточку лица запоминаю и рыдать хочется от невозможности быть вместе.

Вернее, вместе мы будем. Но только в горизонтальной плоскости. Или в вертикальной. Или в любой другой, в какой Хану захочется меня поиметь.

Больше ничего другого мне не светит.

Семь ночей. Восемьдесят четыре часа.

Мозг начинает лихорадочно подсчитывать минуты и секунды…

Приказываю себе остановиться, а то так недолго и с ума сойти.

"Но как назло, вспоминаю единственную ночь, которую мы провели вместе. Вернее, секса с проникновением так и не случилось, но Хан довёл меня до оргазма несколько раз.

Меня начинает вести, и я снова вспоминаю, как это было.

Та ночь стала моим наваждением и проклятием…

Наши жадные поцелуи, один за другим. Глубокие и взрослые. Грязные. Но хочется ещё и ещё. Запачкаться с головой, нырнуть в эту бездну и остаться там навсегда.

Его руки — большие и жаркие, буквально повсюду. Хорошо помню жалобный, громкий треск трусиков от жадного напора его большой руки.

Звук бьёт по нервным окончаниям и подхлёстывает.

Даже сейчас.

Спустя три года.

Я проваливаюсь в жаркие видения и плотнее сжимаю бёдра, потому что между ними разливается порочная, горячая влага.

Отставляю фото Темирхана обратно на полку и спешу подняться в свою спальню, подальше от соблазна. Меня бросает то в жар, то в холод.

Я забираюсь под тёплые струи воды, чтобы немного успокоиться.