Онлайн книга Хочу тебя любить (СИ)

Едва сталкиваемся, заламываю руки ей за спину. Прижимаю так, что трещим. И затихаем сходу. Замираем. Цепенеем. Стынем. Только по телу вибрации идут – электричество долбит. Замыкает нас одномоментно, искры летят в обе стороны.

– Зачем ты пришел сюда? – выдыхает Варя так же тихо, как в наш первый вечер.

Понял, переключаемся.

– Как я мог не прийти, если я день без тебя с трудом прожил, а ты ко всему решила долбануть меня на ночь дубиной? – шепчу в ответ.

С понижением звуков кажется, что и свет приглушается.

– Почему это дубиной? – смущается Любомирова.

Осознает, что чувствовал. Отходит. И мне сходу легче становится. Не специально, уже хорошо. Почти бальзам по всем воспаленным.

– А чем?

Пожимает плечами, будто и правда раздумывает.

– Так… Ковырнула палкой…

– Я. Тебя. Сейчас… – не ору, потому что мы на своих особенных пониженных, но высекаю четко.

– Не надо, – мотнув головой, ныряет лицом мне под подбородок.

Притискивается к шее. Застывает. И все… Ком в моей груди разрывает на миллиарды пульсирующих сгустков.

– Как же я тебя… – выдыхаю со скрипом, но тормознуть не могу.

А Варя продолжает.

– Неудержимо. Маниакально. Смертоносно.

– Так, – подтверждаю, расписываюсь.

Активно кивает, чувствую. Сигналит, что и у нее тот же диагноз.

– Теперь развяжи, – шепчет еще тише. – Обнять хочу.

С трудом сглатывая, разжимаю пальцы. Вдыхая, готовлюсь к новому взрыву эмоций.

– Я не понимаю, что происходит… Не понимаю… – частит, обжигая дыханием. Щекочет губами, судороги ловлю. За полдня так истосковался, что сейчас кроет до жжения в глазах. Горим. Порядок. – Все ужасно… Все так ужасно со стороны… Со всех сторон…

– Ну и класть.

– Кир…

– Прости.

– Что мы будем делать?

Ждет решения, не осознавая, что по факту я уже все разрулил.

– Выдыхай, Центурион.

– В смысле? – в ее шепоте шок и испуг.

– В полном. Я здесь. В твоей комнате. Уже, – прищуриваясь, отмеряю на самом деле сильно примерно, – час. Все. Раскрыли.

Афера века. Накинул в разы больше. Таким макаром даже на Привозе цены не ставят. И Любомирова это поймет, если успеет подумать. Но она не думает, захлебывается эмоциями.

– И что теперь?

– Дальше жить.

Держу в памяти – то, что для меня просто, ее накрывает.