Онлайн книга Седьмое правило дворянина

Сам барон редко бывал здесь, даже с учетом того, что неподалеку от Валенсии у него имелась собственная вилла. Лишь только в те моменты, когда ему нужно было о чем-то основательно подумать и принять непростое решение, которое могло изменить его жизнь. Это было своего рода местом силы, помогавшем ему набраться энергии и выбрать правильный путь.

Сейчас как раз был один из таких моментов, когда в его жизни возникли обстоятельства, требующие от него принять очень важное решение. Возможно даже самое важное за всю его жизнь, а значит здесь нужно подумать очень основательно.

Он оказался в ситуации, когда с него, по сути, вымогают деньги, которые он не должен отдавать. Его вины не было в том, что орден «Люди Браво» потерял своих людей и все, что говорил ему магистр — это полнейшая ерунда.

Де Линьола не знал, почему это произошло. Разные могут быть варианты. Возможно, Хавьер Рабадан и в самом деле считал, что барон обманул его и не стал говорить всего, что ему следовало знать перед этой операцией.

Может быть Кардинал просто пытался свалить на него вину за произошедшее и выйти из игры достойно. Не исключен и тот вариант, что с него просто решили взять как можно больше денег, поступив как разбойники с большой дороги.

Ничего из перечисленного нельзя исключать, а как было на самом деле он все равно никогда не узнает. Да и на самом деле ему было на это плевать. Какая разница, если лично для него это абсолютно ничего не могло изменить?"

"Магистр требует от него деньги, граф Соколов по-прежнему жив и это все, что ему нужно знать.

Несколько дней назад, в тот момент, когда он выходил от магистра, ситуация казалась ему более очевидной, и он хотел лишь одного — сделать все возможное, чтобы Кардинал как можно скорее скончался в ужасных корчах. Как и все его приспешники.

Он уже даже начал размышлять как поскорее ему достать денег, чтобы нанять побольше наемников. Если нужно, он был готов отправить к магистру всех своих людей, лишь бы стереть гаденькую улыбку с лица Кардинала.

Но нахлынувшее на него чувство бешенства и ярости довольно быстро прошло. С одной стороны, горячая испанская кровь призывала его к немедленным решительным действиям, но вот с другой — был некоторый плюс от того, что он так долго прожил в России.