Онлайн книга Штрафник из танковой роты

Особист потрогал гусеницу, которую споро натягивали ремонтники, и коротко приказал:

— Младший лейтенант Волков, сдайте оружие.

Я сдал. Механик подтвердил, что приказ оставить танк отдал я. Двигатель поврежден не был, пушка исправна. В общем, вырисовывалась для меня картина грустная. Младший лейтенант Волков, которого раненый командир роты назначил взводным, как более опытного командира, угробил два танка. Третий отпустил, якобы для эвакуации раненых, а свою личную «тридцатьчетверку» бросил практически исправную и сбежал в тыл.

— Пристрелить тебя, сволочь! Пока мы сражались…

— А я что делал? Гляньте на гильзы и на танк, — не выдержал я. В нем три пробоины и башня не проворачивалась.

В руке комбат уже держал трофейный «парабеллум», который не терпелось испробовать на мне. Особист, старший лейтенант, был трезвый. Отпихнул, не слишком церемонясь, комбата и вместе со мной и механиком тщательно осмотрел мой танк, задал несколько вопросов:

— Что, двигаться совсем не мог?

— На одном месте только крутился.

— А починить? — обратился он к механику.

— Не было возможности. Младшой досиделся здесь до последнего, пока всех не перебили.

— Так он сидел или стрелял? — уточнил особист.

— Стрелял, — неохотно выдавил механик, обозленный на меня за то, что я едва не угробил и его.

Особист неторопливо считал гильзы от пушки. Потом спросил:

— Волков, кто немецкие танки подбил?

— Один — ротный с командиром взвода.

— Ты был командиром взвода, — повысил голос особист. — Тебя раненый Зайковский назначил. А башня, значит, не вращалась?

— Сами видели…

— Но ремонтники починили ее быстро.

— И гусеницу быстро натянут, когда не под огнем, — огрызнулся я.

— Почему танк не поджег, если такое дело? — задал особист самый опасный для меня вопрос.

В ушах стоял гул. Попадания снарядов в танк не прошли даром. Я потрогал ухо, забитое коркой спекшейся крови.

— Не знаю, — ответил я и выкрикнул: — Кончайте быстрее. Хватит жилы тянуть!

— Контуженый, что ли? — усмехнулся особист."

"— Конечно, контуженый, — сплюнул в мою сторону механик — Палил куда попало, ждал, пока нас немец поджарит.

— Если младший лейтенант Волков был контужен, почему ты, сержант, второе лицо в экипаже, танк не поджег? Удрать спешил?

Думаю, меня спасли два обстоятельства.