Онлайн книга Хронос и Деймос (СИ)

Он держал давящую на него тяжесть, зная, что если не удержит, она раздавит и его, и Регулуса – слабакам не удержать Врат, слабым духом не говорить с Госпожой.

Тьма обступила его плотнее, зрение изменилось, окрашивая реальность в багровые тона, а сознание поплыло. Казалось, его спины касаются холодные руки, чудилось, что из теней соткалась тонкая мальчишеская фигурка и склонилась над Регулусом, внимательно разглядывая его, а потом он-Госпожа обернулся, взглянув на Деймоса темными северусовыми глазами.

Раздался тихий смешок, мальчик скользнул ближе, не касаясь пола узкими бледными ступнями, приблизившееся вплотную лицо приобрело знакомые до боли, почти любимые черты, темноволосая голова кивнула на распростертое на полу тело, а бровь вопросительно изогнулась.

Руки дрожали, но Деймос держал их выпрямленными с завидным упрямством, уже почти не чувствуя занемевших мышц.

- Поцелуй, - прошелестело на краю ускользающей реальности.

Голова стремительно закружилась, руки вновь стали невесомыми, а губы обожгло таким холодом, что казалось ледяная волна доходит до самого сердца и откатывается назад. Тьма сомкнулась над ним, ласково укачивая, будто в уютной колыбели, и стало вдруг так легко, что захотелось замереть навечно.

***

Очнулся Деймос от боли во всем теле и не смог даже пошевелиться. Рядом тут же кто-то завозился, лица коснулись осторожные теплые руки.

- Не открывай глаз. Выпей. Осторожно.

С огромным трудом проглотив поданное зелье, он ценой титанических усилий перевернулся на бок и, успев почувствовать, как по груди скользнул тот самый артефакт, что перенес его сюда, снова провалился в сон.

Следующее пробуждение было почти как дежавю: он сам лежал, подмяв под себя подушку, а Северус сидел рядом, перебирал его волосы и говорил.

- Ты назвал меня своим. Ты сказал «мой Северус» и пришел туда, в эту пещеру. Как ты туда попал? Аппарировал? Тогда почему не смог так же исчезнуть? Что это за ужасная вещь, от которой так и разит Тьмой? Чем ты заплатил Госпоже за Рега? Леди Вал, очень строгая обычно, позволяет мне быть здесь, хотя это нарушает все мыслимые и немыслимые правила приличия, она что-то знает.

Горячие, нежные губы коснулись плеча, а потом Северус прижался щекой к его спине и затих.