Онлайн книга Клеймо Сэкеттов

На границе же было слишком открыто и просторно, чтобы что-нибудь спрятать.

Я мог понять, что кому-то понравился мой фургон или он захотел заполучить Энджи. Не сочтите меня непочтительным к женщинам, если в этой ситуации я предпочел бы потерять фургон и вещи, чем Энджи.

Но тогда, на границе, мужчины не смели досаждать женщине и относились с уважением даже к самой пропащей. Женщины были здесь редкостью и ценились соответствующим образом. Даже самые отпетые преступники прекрасно знали, что мужчину могут убить только за то, что он толкнул даму на улице.

Я счастью, нога моя явно шла на поправку, Пальцы стали шевелиться, отек немного спал. Ближе в полудню мне попался кролик. Я вытащил его из норы с помощью палки-рогульки, зажарил и съел. Но ковбой не может прожить на одних кроликах. Ему нужно более сытное и жирное мясо.

Несколько раз я видел оленя. Однажды на меня выскочил огромный лось, мощный самец весом не меньше двухсот пятидесяти фунтов. Но меня устроило бы что-нибудь помельче.

День клонился к вечеру. Я устал, мне хотелось вернуться в свою пещеру под Пайн-Крик. Ручей протекал по дикому каньону к северо-западу от меня. Я уже собрался повернуть, как почувствовал запах дыма. На самом деле это был запах пожарища. Он сохраняется в лесу в течение нескольких дней, а иногда и недель, после того как погаснет огонь. Запах мог вновь усилиться от тумана или дождя. Скорее всего, кто-то разжигал костер, и довольно близко.

"Скалистый выступ, где я стоял, скрывали деревья, до утеса с него, казалось, рукой подать, к тому же склон его не был столь отвесным, хотя достаточно крутым. На вершине царил хаос: обломки скал, поваленные деревья, причудливые корни — все переплелось и смешалось.

Я с трудом прокладывал путь сквозь завалы. Теперь к запаху обуглившегося дерева примешивался запах жареного мяса. Это нагоняло на меня страх, а интуиция подсказывала: когда найду костер, найду ответ на мучившие меня вопросы, найду Энджи.

Глава 3

Растительность, окружавшая кострище, была густая и жесткая, как проволока, и мне, полуголому, продраться сквозь нее, не спустив с себя шкуру, не было никакой возможности. Я долго искал обходной путь. Сердце мое билось медленно и гулко, когда наконец я увидел открывшуюся передо мной жуткую картину.

Фургон, мулы, — все было здесь. Но никаких следов Энджи.

Мулов застрелили в голову и свалили в кучу один к одному.