Онлайн книга Клиника обмана

Она бы все устроила как надо.

Валентин потянулся за новой сигаретой. Почему-то вспомнилось, как в юности он прочел «Балладу о Редингской тюрьме» Оскара Уайльда: «И каждый, кто на свете жил, любимых убивал: трус – поцелуем, тот, кто смел, – кинжалом наповал». Тогда эти стихи показались ему абсурдными. «Как это – убить поцелуем? – недоумевал он. – И почему тот, кто целует, – трус, а кто убивает – молодец?» С тех пор он не возвращался к Уайльду, но почему-то вспомнил именно эти строки в день похорон Сони. Кажется, Уайльд знал жизнь лучше, чем он, Валентин Сумароков.

Огонь догорел, в камине остались красные мерцающие угли, по которым время от времени пробегал слабый язычок пламени. Валентин взял кочергу и разбил угли.

Катя спала в той же позе, в какой он ее оставил. Вздохнув, он привычно умилился детской крепости ее сна и принялся стаскивать с нее пижамные штаны. Потом кое-как стащил с постели покрывало и лег рядом с женой.

Он взял ее сонную, не утруждая себя любовной игрой. Впрочем, она не обиделась и, когда все закончилось, поцеловала его, прежде чем скользнуть под одеяло.

А Валентин долго ворочался рядом с ней. Катины длинные ноги, так восхищавшие его раньше, теперь раздражали, потому что часто оказывались на его половине постели. Он отпихнул жесткую коленку. «Инородное тело», – с усмешкой подумал он про жену."

"Может, развестись? Да, девчонкой она была влюблена в него, но теперь-то? Если он даст ей достаточно денег, она наверняка с радостью его покинет.

Глядя в потолок, Валентин снова усмехнулся.

Часть четвертая

Глава первая

За год службы на Северном флоте Сотников привык к замкнутому пространству подводной лодки, к тому, что, проходя по коридорам, нельзя размахивать руками… Труднее всего было привыкать к спертому, много раз переработанному воздуху.

Работы у врача в автономном плавании немного, поэтому, исполнив несложные обязанности, Витя занимался наукой: написал несколько статей по материалу, собранному за годы учебы, и – по просьбе Колдунова – методичку о тактике лечения абсцессов легкого.

А ночами, лежа на койке в медицинском отсеке, он мечтал, что Аня ждет его на берегу, как жены других офицеров. Мы все равно будем вместе – говорил он ее фотографии. Фигурка ангела, доставшаяся ему в далекую новогоднюю ночь, всегда была при нем.

От тяжелого воздуха плохо спалось, и он по крохам перебирал совместную жизнь с Аней.