Онлайн книга Кодекс Крови. Книга ХVII

— Нет. Мы в России, а здесь есть каста более неприкосновенная, чем политики и дипломаты… — Она кивнула в сторону мажоров. — С этими хрен что сделается.

Я почувствовал, как Оля напряглась. Для неё стекло не было преградой — её пальцы впились в подлокотник кресла, оставляя вмятины на дорогой коже.

«Пусть не вмешивается!» — прошипел адамантий, и его голос скользнул по моим костям, как ледяное лезвие. «Или ты забыл, что бывает с теми, кто ломает правила?»

«Млять…»"

"С одной стороны, я понимал, что мы не должны вмешиваться, чтобы не нарушить порядок событий.

«Да пошло оно всё! Глядишь, пупок не развяжется!»

Я резко встал, где-то фоном слыша, как ругается адамантий.

— Все под стол, живо! — скомандовал я.

Глава 24

Куратор спецподразделения ФСБ «НоА» едва поднялся на открытую террасу панорамного ресторана в центре столицы, когда почувствовал смятие энергетического поля вокруг себя.

Спустя один удар сердца он собственными глазами увидел, как бронированное стекло разлетается в пыль под множественными ударами алой пыли.

Осколки же стекла не оставили ни единой царапины на теле молодого мужчины с седыми висками.

— Ну что подонки, смелые только слабых ломать? А если вас?

Всё та же алая пыль послушно сформировала несколько хлыстов и принялась стегать двух мажоров в дорогущих костюмах, что до того удерживали силой молоденькую девушку в разодранной форме официантки.

У Новгородцева у самого планка чуть не упала, когда он сообразил свидетелем чему чуть только что не стал.

Но мажоры были настолько опьянены своей безнаказанностью, что когда в руке одного из них появился ствол, Новгородцев только и успел, что силой дара отвести оружие от незнакомца.

Прогремел выстрел. Официантка ахнула и медленно сползла на пол вдоль защитного парапета, зажимая руками рану на животе.

Глаза незнакомца с седыми висками налились кровью, делая его резко значительно старше, чем он выглядел.

Алая пыль уплотнилась и натурально попыталась залепить рану на животе у девочки.

— Оля, помоги ей, — он прошипел так, что у Новгородцева по спине побежали ледяные мурашки.

Брюнетка — копия дочки датского посла — рванула к раненой. Незнакомец взмахнул рукой — и вокруг девушек вырос кровавый щит, переливающийся в свете огней как живая броня.