Онлайн книга Команда Бешеного

 — Двадцать лет! А эта сучка через четыре месяца стала жить с другим, которого, как мне удалось выяснить, часто видели с ней, когда Дон уезжал из дома. Каково?

— История древняя как мир, — со вздохом заметил Майкл, а потом добавил: — Слушай, сержант, ты действительно веришь этому парню? Не мог он сочинить эту историю, чтобы вызвать к себе жалость?

— Эх, полковник! — огорченно взмахнул рукой Адамс. — Если бы вы прошли с этим парнем столько, сколько прошел я, то вряд ли задали бы этот вопрос. — Он покачал головой и отвернулся, не желая, видно, показать свою слабость.

— Хорошо! — немного подумав, решительно произнес Майкл. — Получишь ты своего специалиста! И обещаю, если вы вернетесь из этого похода живыми и удачно завершите его, то он будет помилован.

— Спасибо! — Сержант повернулся и, уже не скрывая слез, стал изо всех сил трясти Майклу руку.

— Надеюсь, что в отряде больше не будет заключенных? — улыбнулся Майкл.

— Нет! Остальных я возьму из тех, кто выдержал проверку кровью в самых сложных испытаниях! — твердо заверил сержант Адамс.

Бондарь на «воле»

Красавчик-Стив сидел перед телевизором, но не видел, что происходит на экране. Его мысли были заняты совершенно другим: он с нетерпением ожидал, когда привезут Седого, чтобы он смог вернуться с ним к Хозяину. Нет-нет, он не настолько соскучился, чтобы мечтать о скорейшей встрече с ним. Ему не терпелось испытать блаженство со своей новой «щеточкой», которая появилась у него после «натурального обмена» с Рассказовым.

В этой девочке было что-то притягательно-трогательное. Стоило ему появиться, как она начинала ласкать его, целовать ему руки, делать массаж, легко порхая над его кожей своими длинными нежными пальчиками. Она напоминала котенка, с мурлыканьем трущегося об ногу хозяина, нисколько не была назойливой и всегда каким-то шестым чувством ощущала его радость или недовольство. Когда ему хотелось побыть одному, она тут же находила причину и уходила, словно давая ему понять, что делает все только ради него.

Когда они не виделись несколько часов, она с детской непосредственностью бросалась ему на шею и начинала рассказывать, как она соскучилась по нему и чем занималась в его отсутствие. Всякий раз эти рассказы заканчивались тем, что она настолько сильно истосковалась, что вызывала в своем воображении его двойника-привидение и беседовала с ним, пока не успокаивалась.