Онлайн книга Королевская кровь. Книга 3

— Не говорите ерунды, — повторил он раздраженно — не на нее, на свою слабость, — я распоряжусь, чтобы для Анежки Витановны подготовили комнату. И встретили ее. Ваша родительница не откусит мне голову за то, что я вас компрометирую?

— Мама может, — со смешком произнесла Люджина, — главное, чтобы не взяла с собой ружье и не заставила вас жениться на мне. Спасибо, командир.

Он поглядел на трубку, потом на реку. Трус и слабак. Умереть легко, попробуй жить, как мужчина.

Телефон снова завибрировал — незнакомый номер.

— Игорь Иванович!

И голос знаком смутно, интонации, но из-за искажений связи никак не сообразить, кто это.

— Игорь Иванович! — почти кричали ему в трубку, радостно и возбужденно. — Вы меня слышите?

— Слышу, — сказал он сухо и недоуменно.

— Это Полина! Извините, что беспокою…

— Ваше Высочество, здравствуйте.

— … но мне нужна ваша помощь. Вы сегодня уже не будете в управлении?

Река снова стала тем, чем она была — просто потоком текущей воды.

— Буду, — ответил он, — через полчаса подъеду. Где вам удобнее встретиться?

Глава 12

МаринаБыло так жарко, что я задыхалась, и сумрак комнаты подрагивал, взрывался радужными пятнами — из глаз текли слезы, в висках пульсировала боль, и дыхание туманным лиловым облачком струилось к потолку, разливалось дымными мерцающими струями и спускалось, сплетаясь в страшные образы.

«Это бред, Марина».

Реальность в виде голой, дрожащей, свернувшейся в клубочек в грязи Алины глядела на меня зелеными мерцающими глазами.

«У тебя жар, температура».

Черный человек со сложенными за спиной крыльями рассекал воздух сверкающим мечом, и красная кровь текла из его ран, расплываясь каплями по комнате.

«Открой глаза. Открой».

Царица Иппоталия выла в голос и царапала лицо ногтями. Седые волосы ее падали на обнаженную грудь.

Я разлепила веки, повернула голову — руки раскинуты крестом, с ладоней сочится кровь, заливая белые простыни. Отвернулась, подняла глаза к потолку, которого не было, судорожно сглатывая совершенно сухим ртом.

Не было больше ни потолка, ни стен, ни парка вокруг. Я была маленькой точкой на ровном изгибе земли, омываемой воздухом и дождем, пришпиленной к поверхности букашкой.