Онлайн книга Крым

«Бам! Бам! Бам!» – били пушки с моря, перепахивая ядрами и картечью весь берег бухты.

– Уже час как они бьють! – кивнул в сторону орудийных сполохов Тимофей. – Вона как эта турка озлобилась! А что толку-то теперь? Все наши ребятки, окромя затаившихся дозорных, давно уже от берега отошли.

– Запястья потуже перетяните, и кляп ему в рот засуньте! – распорядился Алексей, убедившись, что захваченный ими человек уже пришел себя.

Тот замычал и яростно затряс головой, пытаясь выплюнуть всовываемую ему в рот тряпку.

– Сиди тихо, гмизавац! Свињски курац! – грязно выругался Лазар и врезал неугомонному в ухо.

– Тихо, тихо, капрал. Ну ты чего?! Это же пленный! – перехватил кулак серба Алексей. – А ну уведите его отсюда!

– Ваше высокоблагородие, он убио је мог пријатеља. Он убио моего Михайло! – чуть не плакал Вучевич, перемешивая в волнении русские и сербские слова.

– Михайло сложил голову в бою, – вздохнул Алексей. – Он погиб как герой, чтобы взять вот этого живьем. Не будем же мы теперь его из мести тут вот на куски рвать?

– Да, господине.

"– Сиди спокойно, Ибрахим-бей, или как там тебя на самом деле: месье, сэр или синьор. Тихо, я сказал! – крикнул пленному Егоров. – Ты стоил слишком много крови моим людям. Я могу отойти сейчас на полчаса в сторону и просто не заметить, что тут с тобой за это время случится! Ты меня понял, гад?! – и Алексей пристальным, давящим взглядом уставился в глаза захваченного штуцерника.

Тот замычал и закивал согласно головой.

– Ну вот и хорошо, если из понятливых, – усмехнулся Лешка. – Я, признаюсь, и сам бы тебя здесь по-тихому прирезал, причем безо всякого зазрения совести. Ты ведь самый настоящий преступник и убийца, месье. Между нами же нет официальных боевых действий, а ты здесь уже убил как минимум двух солдат русской императорской армии. Да за твою грешную душу никто теперь и ломаного гроша даже не даст. Тебе сейчас нужно сильно постараться, чтобы задержаться на этом свете.

– Фролка, ты Джафера перевязал? – крикнул он суетящемуся возле раненого татарина подлекарю.

– Так точно, ваше высокоблагородие, – откликнулся тот. – Перевязал бинтовым полотном, а на его перебитую руку еще и лубки наложил. Я пока ее к туловищу приторочил, а потом в крепости уже и хорошую перевязь сооружу.

– Добро! – кивнул Алексей. – Уходим к крепости! На берегу остается только дозорный десяток Быкова.