Онлайн книга Крым наш!

А потом — их всех, военных, будто корова языком слизала. Они куда-то отправились.

Куда же?

Вот и Марта теперь всплеснула руками и поднялась.

— Всё, договорим с вами позже. Я должна быть рядом с будущим мужем! — Марта испугалась и под действием сильных эмоций явно принимала необдуманные, даже глупые решения.

Михайло шагнул вперёд, видя её смятение и надеясь её остановить.

— Сударыня! Ну чем вы можете помочь славным гвардейцам Измайловского полка? Да ведь они всё знали и были готовы к тому, что сейчас должны быть выстрелы.

Вот изловят бандитов, вернутся — а вы накормите славных сынов Отечества, да вина им поставите, — вразумлял Ломоносов молодую женщину.

Управляющая же покивала головой и тут же состроила личико ещё более решительное.

— Шварц… нужно срочно идти к Шварцу! Он медикус. Его сам Александр Норов учил людей штопать! — выкрикнула Марта, приподняла подол платья, чтобы было проще бежать, и устремилась прочь.

Там, где Марта бежала, Ломоносов шёл быстрым шагом. Михаил Васильевич не хотел оставлять девушку.

Напротив, он хотел узнать, что же такого этот Норов мог дать медику, чего не выучить в университете. Михаил Васильевич был уверен, что каждый медик, который приезжает в Россию, обязательно должен был закончить университет. Иначе — какой смысл ехать и врачевать?

Не сказать, что Ломоносов интересовался медициной. Он просто интересовался абсолютно всем, что только входило в орбиты науки.

— Бах! Бах! — ещё более отчётливо стали слышны выстрелы, когда Марта, а за ней и Ломоносов, вышли во двор трактира и устремились в стоящий неподалёку небольшой домик.

"

"Медикус Шварц показался Михаилу Васильевичу Ломоносову слишком молодым. Но он поздоровался и предложил свою помощь, заверяя Шварца, что в качестве ассистента вполне может сойти, крови не боится, да и строение человека знает прекрасно.

Шварц не особо слушал могучего, большого русского человека. Он быстро навьючил Ломоносова всем необходимым, собранным как раз для оказания первой медицинской помощи при ранениях, и оба мужчины устремились в сторону уже прекратившихся выстрелов.

— Господа! Туда нельзя! — строго сказал офицер гвардейского Измайловского полка. Потом он закатил глаза и высказал, как стишок: — Третьим Петербургским батальоном Измайловского полка совершается истребление группы бандитов и разбойников, промышлявших в Петербурге!

Такое предписание, именно так отвечать, было положено в соответствии с инструкцией, которую распространял прапорщик Саватеев.