Онлайн книга Сценарии судьбы Тонечки Морозовой

Ну, господа офицеры, вызываю задержанного?

Тут Мишаков стал серьезен и сказал внушительно:

– Я на должностное преступление иду, прошу это держать в голове. Никаких свиданий задержанному не полагается, кроме адвоката. Поэтому посажу я вас вот таким манером.

Он отодвинул стулья от приставного стола и поставил как-то на редкость неудобно, далеко, возле шкафа.

– Попрошу с мест не вскакивать, на середину кабинета не выбегать. Присаживайтесь, Антонина Федоровна!..

Тонечка прошла и присела. Вид у нее сделался растерянный.

– Что ты? – спросил Герман. – Камера, видишь, как висит? Этот угол в слепой зоне. Камера нас не видит. Нас как будто нет, а мы здесь.

Она посмотрела – и правда камера!.. Она и внимания не обратила!..

Мишаков распахнул дверь в коридор и кивнул кому-то. Тотчас конвоир в форме ввел в кабинет Кондрата Ермолаева.

– Там подожди, – велел Мишаков конвоиру. – Задержанный, проходите, проходите, не стесняйтесь!..

Кондрат огляделся и кивнул Герману с Тонечкой.

– Здорово, – сказал Герман негромко.

Кондрат усмехнулся, потирая запястья, видимо, наручники с него сняли только что:

– Бывало и здоровее!..

Мишаков подошел к окну и стал неторопливо поворачивать стеклянную палочку – закрывать жалюзи. Окон в его кабинете было три, и пока он их закрывал, все молчали.

– Ну, вот и хорошо, – сказал он, закрыв последнее, прошел на свое место, уселся и вытащил какой-то бланк. – Присаживайтесь, присаживайтесь, задержанный.

Кондрат Ермолаев посмотрел по сторонам, нащупал глазами камеру, взял стул и сел так, чтоб камера не видела его лица.

– Каяться будем, задержанный? – продолжал Мишаков, взял ручку и уткнулся в бланк. Теперь Тонечка – и камера! – могли лицезреть только его макушку, заросшую темными волосами.

Все трое действовали как образцовые шпионы из сериала, и Тонечка вдруг сильно взволновалась, так что сердце застучало и взмокли ладони.

– Родион приехал, – заговорил Герман, как только Мишаков уткнулся в бланк. – Сейчас у нас. В Угличе я всех предупредил, чтоб не искали.

– Отметелили его здесь нехило, – подхватил Мишаков, не поднимая головы. – Если б не Антонина, забили бы пацана. За что, не говорит. Ты знаешь, Кондратий?

– Нет. Я его раньше никогда не видел.

– Мы его у тебя в доме прихватили, – продолжал Герман. – В тот же день вечером.

Кондрат снова потер запястья.

– Как он там оказался?

– Ключи взял в кадке с елочкой, – сообщил Герман. – А туда их твоя домработница положила, Светлана Павловна Махова.