Онлайн книга Летний сад

Она была такой упрямой… и такой нежной и цветущей…

Существовало очень много такого, что ему нравилось делать с ней, но сегодняшней ночью едва ли было подходящее время для ее ласковых капризов… Пальцы Александра ласкали ее грудь, губы играли с сосками – и наконец она вскрикнула, обхватила его голову и перестала быть непрощающей и упрямой. Александр не отодвинулся. Он не отрывал от нее ни губ, ни настойчивых пальцев, и она не переставала – и не могла перестать – вскрикивать, или дрожать, или хвататься за него, пока он не довел ее до оргазма, и лишь потом, только потом она ослабела и лежала, тяжело дыша, прижимаясь пятками к его спине.

– Ох, Шура… – шептала она.

«Ох, Шура» было определенно лучше, чем «Шура, не надо».

– Да, детка?

Склонившись над ней, Александр впился в ее стонущие губы, но он был уже так возбужден, что ему не нужно было еще одного толчка, еще одного движения ее рук. Ему нужно было только одно.

Спрыгнув с кровати, он развернул ее к себе и поцеловал между ногами. Она потянулась к нему, приняла его; ее глаза были открыты и губы были открыты.

"Сжимая ее ягодицы, Александр вошел один раз, второй и остановился. Выпрямившись, он стал двигаться глубоко и медленно, все глубже и глубже, насколько она могла принять. Губы Татьяны округлились, она задыхалась. «Таня… это не слишком?» – шептал он. Она не могла ответить. Он выждал мгновение, ему хотелось услышать «да», он ждал, выходя из нее полностью и полностью входя, и наконец она закричала. Удерживая ее, он медленно продлевал ее оргазм, а потом остановился на мгновение, чтобы перевести дыхание, и дать ей вздохнуть, и поцеловать ее, и погладить по груди, и прошептать, как она чудесна… и он смотрел на свои руки на ее бедрах, видел ее, видел себя; он возобновил движения, продолжая шептать о своем желании и ее сладости, и она снова закричала, и ее руки пытались за что-нибудь ухватиться, и вот уже она снова беспомощно стонет… и на этот раз это было действительно слишком для нее.

– Все хорошо, хорошо, тсс… – повторял он, гладя ее, наблюдая за тем, как она лежит, задыхаясь, с закрытыми глазами, раскинутыми ногами, как дрожит ее тело. – Таня, ты невероятно прекрасна, – бормотал он, лаская ее, легонько ее касаясь руками и губами, пока она наконец не успокоилась, не расслабилась.