Онлайн книга Этому в школе не учат

— Этого надо брать! — хлопнул ладонью по столу Вересов, едва не снеся подстаканник.

— Может, пусть поработает под наблюдением? — проговорил я, понимая, что это бесполезно.

— Раскусит он нашу игру влет. Брать, и никаких гвоздей. Абвер, елки-палки! Я их фисгармонию кирзовым сапогом топтал!.."

"Капитан Штейнер прибыл к нам в гости с новой рацией, элементами питания, пятью тысячами долларов и полумиллионом рублей для вербовки крупного советского чиновника. А также с подробными вербовочными инструкциями.

Его взяли в Москве, на встрече с агентом Лунем. Аккуратненько и тихо, вдали от посторонних глаз.

В отличие от своих коллег из СС, гестапо и СД, абверовцы, зажатые в угол, обычно без особых душевных терзаний шли на сотрудничество. Тем более в 1944 году, когда военная мощь вермахта зашаталась, и для Германии уже маячили перспективы поражения в войне.

Штейнер не стал исключением. И вскоре от него ушло в Берлин сообщение: «Объект «Консул» готов к сотрудничеству с американской разведкой».

И пошли от абвера особые задания, типа получения информации о передвижениях и системе охраны Лазаря Кагановича. Немцы не без оснований полагали, что именно благодаря железному наркому, его могучей воле и организаторским способностям так четко, насколько это только возможно, работает система железнодорожных сообщений в СССР, идет бесперебойное снабжение фронта. И вынашивали планы его ликвидации.

— Звоночек тревожный, — отметил Вересов. — Похоже, они начинают всерьез готовить акции против первых лиц нашего государства.

Несмотря на понесенные потери, немцы не сбавляли диверсионной и разведывательной активности. А я все так же мотался по фронтам. И готов был поклясться, что абвер мы теперь переигрываем вчистую. Количество активных радиоигр уже исчислялось десятками. И немцы сбрасывали нам, как они искренне считали, для своих резидентур рации, оружие, новых агентов. А мы щедро кормили их качественной дезинформацией.

С начала 1944 года активнее пошло освобождение Украины и Белоруссии.

Теперь проблемой стали не столько гитлеровские парашютисты, сколько оставляемые германскими спецслужбами агентурные сети, прикормленные фашистами националистические организации и целые подпольные националистические армии, типа УПА — Украинской повстанческой, или Белорусской освободительной армии «Черный кот».