Онлайн книга Любовь нечаянно нагрянет

А почему собственно нет?

Залпом опрокинула в себя содержимое стопки, алкоголь неприятно обжег внутренности, и буквально через пару минут почувствовала, как напряжение этого бесконечного дня отпускает.

Наевшись, как говорится «до отвала», поняла, что глаза буквально слипаются от усталости.

— Иди, спи, — сказал дед, — Я сам все приберу.

Благодарно поугукала и поплелась в кроватку, залезла под свое любимое старое, но теплое одеяло и уже почти провалилась в сон, как телефон пиликнул, оповещая о входящем сообщении.

Рука на автомате потянулась к смартфону.

«Завтра в девять. И отмазы не принимаются» — гласило сообщение от Шнурка.

Сон как рукой сняло. Немного поворочалась и пошла в зал к деду, который как всегда полуночничал и смотрел какую-то муть про пришельцев.

— Чего ты маешься? — недовольно пробурчал он, когда я попросила переключить на что-то другое.

Подумала и решила поделиться:

— Меня Мишка в клуб зовет завтра.

Дед сразу насторожился и вскинул свои седые косматые брови.

— Туда вся наша группа пойдет сессию отмечать, а я не знаю, идти мне или нет…вот…

— Нечего тут думать.

— Не знаю, — нахмурилась я и принялась щелкать каналами, — Мне и одеть-то нечего.

— Как нечего? — искренне изумился дед, — А мы с бабушкой тебе платье дарили? Куда оно подевалось?

— На месте оно, — из моей груди вырвался тяжкий вздох, — Когда вы его покупали, я девятый класс закончила.

— И что? — снова не врубился он — Ты вроде не подросла.

— Деда!

— Что?

— Ничего, — обиженно засопела я и вернулась к своему нехитрому занятию.

Дед немного помолчал, а потом выдал:"

"— Сдается мне, внученька — ты все ж влюбилась.

— Я?! — возмущенно воскликнула, поворачиваясь к нему, — В кого это?

— В дрища этого своего. В кого ж еще.

И правда. Со мной же больше никто не дружит особо и внимания не обращает. Кроме придурка Алёхина.

Дедушка был во многом прав. Мне и правда Шнурок нравился не просто, как друг, но проблема в том, что парень не видел во мне девушку.

Пока я размышляла о своих неразделенных чувствах, дед поднялся со своего кресла и прошаркав до серванта, порылся, выуживая несколько тысячных купюр.

— Держи, — он протянул мне свою заначку и добавил, — Купи себе наряд.