Онлайн книга Люфтваффельники

Двое «рецидивистов» из числа курсантов нашей роты, быстро надев противогазы, подбежали в «ведру», схватили его за боковые ручки и бегом затащили в фойе главного учебного корпуса.

Изумленный такой наглостью, полковник Серов не успел даже, и крякнуть, как из 4-х этажного здания учебного корпуса повалил густой горчичный дым и через некоторое короткое время, сломя голову и наперегонки друг с другом, побежали все преподаватели, включая суточный наряд и женщин с кафедры «Иностранных языков». Увиденная картина массовой эвакуации плачущей и сопливящей толпы, которая в панике ломилась в единственную открытую дверь стеклянного аквариума, повергла нас всех в состояние ужаса и неудержимого смеха одновременно.

В результате, занятия в этот февральский день были сорваны «в чистую», учебный корпус проветривали целый день, причем все окна были открыты настежь. И это при -32 и сильном ветре. В придачу к загазованности и нестерпимой вони в учебных классах и бесконечных коридорах учебного корпуса, еще чуть было не разморозили систему отопления огромного 4-х этажного здания.

Полковник Седов был вызван в кабинет к нашему генералу и суровый старик «ни в чем» себе не отказал. Он исключительно качественно вздрючил Пиночета, который потом еще целую неделю имел бледный вид и неровную походку.

С большим трудом, оправившись от процедуры многоразового анального досмотра в самой извращенной форме, добросовестно и качественно выполненной лично начальником училища, Пиночет навсегда отменил проведение «химических дней» в нашем батальоне.

В последствии, уязвленный и злопамятный Серов неоднократно делал попытки через своих прикормленных осведомителей и ручной комсомольский актив, выяснить личности двух «мерзавцев», которые затащили газовую шашку в учебный корпус. Но все его титанические усилия ни к чему не привели. Ибо, форма одежды у всех курсантов одинакова, а противогазы на лицах превратили двух этих ребят в серую обезличенную казенную массу.

Сами активные участники данного происшествия, осознавая степень нависшей над ними угрозы, благоразумно и надежно держали свои языки за зубами и сохранили тайну своего участия в этой дерзкой операции вплоть до самого выпуска из училища в звании лейтенантов, обеспечив себе более-менее приличные распределения."

"А Пиночет рвал и метал, он буквально заходился в приступах бессильной злобы, переходящей в неудержимую ярость.