Онлайн книга Локки 7. Потомок бога

Мать Апофиса тут же поспешно вернула передние лапы на остатки башни и проревела вне себя от волнения:

— Что ты видел⁈ Где мой мальчик⁈

Я не отказал себе в удовольствии медленно поправить лацкан пиджака, чувствуя власть над драконицей, страстно ожидающей моих слов. Нетерпение полыхало в её глазах, играло на кончике зубов и когтей.

Но я не стал перегибать палку и всё-таки поведал ей о том, что видел и слышал.

Конечно, она пришла в ярость. Пару минут жарко рычала, рассказывая, каким мучительным пыткам подвергнет этого хаосита в балахоне.

Ну а когда драконица выпустила пар, мы провели эксперимент с её кровью. Он должен был показать — смогу ли я снова попасть в тело Апофиса? Увы и ах, эксперимент окончился провалом. На сей раз ничего не получилось. У меня только ещё больше голова заболела. В неё будто Слейпнир копытом ударил раза три… нет, четыре.

— Может, тебе пора рассказать, почему я могу не только чувствовать эмоции Апофиса, но и видеть его глазами? — хмуро посмотрел я на раздражённую драконицу.

Та пару мгновений сверлила меня ревнивым взором и процедила:

— Скоро тебя сморит сон, и после него ты обретёшь мысленную связь со мной. Я дам тебе знать, когда ко мне явятся пленители моего сына.

Она взмахнула крыльями, поднимая в воздух пыль и мелкие камешки с купола, а потом взлетела с башни и устремилась в небо, затянутое красной дымкой.

— Жаль, — пробормотал я, чувствуя, как разочарованно поскуливает любопытство.

Однако главное во всей этой истории — жизнь Апофиса, а не моё любопытство. Дракончика нужно спасти во что бы то ни стало.

Ну и хорошо бы вскрыть глотку тому уроду в балахоне. Но его, к сожалению, не так-то легко будет разыскать. Что я знаю о нём? Что у него когтистые лапы и скрежещущий голос? Но даже если это его реальные черты, а не иллюзия, то подобными характеристика могут владеть десятки жрецов.

Да и его пещеру хрен найдёшь. Она может быть где угодно. Значит, остаётся ждать, когда хаоситы свяжутся с матерью Апофиса.

Пока же я с помощью телепортации спустился с купола Дворца Совета, оказавшись у его подножия на площади. Тут уже восторженно пучили глаза зверолюды. Штук тридцать наиболее смелых и шустрых, которые первыми выбрались из домов.

Они принялись радостно потрясать оружием, восхваляя меня на все лады. Их ор далеко разносился по округе, пугая птиц и крыс.