Онлайн книга Канарейка для Ястреба. Реальная Жизнь.

Закрываю за собой дверь. Иду по коридору, ищу. Останавливаюсь, как вкопанная, перед нужным кабинетом, стучусь и вхожу.

При виде смуглого, молодого, необычного мужчины теряюсь.

— Здравствуйте. Мне нужен доктор Навин, я дочь Ивет Соммерсье.

— Проходите, садитесь, — отвечает мне врач с акцентом. Судя по всему, передо мной эмигрант из Индии. Молодой для занимаемой им должности, с аккуратной бородкой и в традиционном головном уборе своей касты.

Я так обескуражена эпатажным видом этого врача, что теряюсь от его добродушной улыбки.

В моем нынешнем состоянии я воспринимаю происходящие со стороны. Словно это я и не я…

Смотрю на стену за спиной врача, увешенную множеством грамот и наград в хирургии. С такими регалиями его, наверное, можно считать одним из лучших специалистов в нашем захудалом округе.

— Садитесь, мисс Соммесье, разговор будет сложным, — кивок в сторону стула, и я на деревянных ногах подхожу и выполняю приказ.

— Пациентка, я так понимаю, ваша мать? — взгляд на меня, и я киваю. Врач смотрит в бумаги, лежащие на столе. Бегло читает диагноз:

— Центральный или спастический паралич. Болезнь развивается вследствие нарушений корково-спинномозгового пути.

Взгляд на меня. Не понимаю ни слова. Доктор Навин моргает. Пытается донести до меня смысл сказанного.

— Ситуация сложная, запущенная. Нужна операция. Однако должен вас предупредить. Даже при положительном исходе, соблюдении всех необходимых процедур и учитывая прочие факторы, шансы на положительный результат минимальны.

Из глаз брызгают слезы. Забываю, что должна дышать. Все темнеет. По ощущениям — меня прибивает к земле тяжеленым булыжником, ломает до основания.

С профессиональной холодностью врач расписал мне всю ситуацию.

— Мисс Соммерсье, — все так же спокойно он протягивает мне стопку бумаг, — прошу, подпишите документ, подтверждая, что ознакомлены со всеми обстоятельствами кейса.

Я пробегаюсь по документу, подготовленному в двух экземплярах, и в конце вижу цифру, которая ввергает меня в шок.

— Эта сумма, — проговариваю я пересохшими губами, — сюда входят все затраты на операцию, лечение и последующую реабилитацию, так?

— Совершенно верно, — отвечает врач со свойственным этой профессии равнодушием.

— Благодарю вас, — отвечаю, расписавшись в обоих экземплярах.