Онлайн книга Малыш по контракту (СИ)

Пожалуй, только это цепляет, но потом братец начинает разговор с ней, который быстро переходит за грань обычного разговора. Поножовщина на словах, и такая острая, что я бы не хотел ненароком оказаться на линии этого огня.

Признаюсь, когда они пересеклись взглядами, возникло странное ощущение, что все остальные резко прекратили свое существование для этих двоих. Мы просто стертые, едва различимые фигуры за пределами их мирка. Воздух завибрировал от эмоций, буквально загорелся, как бензин, к которому поднесли спичку.

Одолеваемый неизвестными чувствами, даже какой-то странной завистью, я едва не прозевал момент, когда все начинается. Так резко и быстро. Довольно зевать!"

"Схватив жену Багратова, утаскиваю ее коридорами под шум и погасший свет. Слышу крики Амира и Багратова, они умело разжигают шумиху и наводят кутерьму, пока я тащу жену Багратова. Ай, бля, она брыкается, извивается, как змея, но неожиданно острая и сильная, молотит своими острыми локтями мне под ребра. Блять, блять, у нее точно только локти? Или там пришпилено что-то острое? Верткая, скользкая! Едва удерживаю ее и вытаскиваю через окно, всунув в джип, припаркованный прямо под окнами клуба.

Миг – мы внутри.

Машина стартует резко.

– Живее! Живее! – поторапливаю водителя. – Путай следы! Води их за нос!

– Знаю. Серафима, добрый вечер! – низким, довольным голосом отзывается водитель.

Мне даже показалось, что он поздоровался с женой Багратова с каким-то особенным теплом и уважением.

– Мирон?! – спрашивает она, забившись в угол сиденья.

– Похищение удалось! – возвещаю радостно.

Получилось! Черт побери, Багратов оказался прав, его затея выгорела!

Почти выгорела, теперь остается только запутать следы, отвезти женушку Багратова, куда следует, и можно кутить на полную…

Девушка поворачивает голову в мою сторону, разглядывая пристально, скользит изумленным взглядом по лицу, замечает сходство, хмурится.

– Здорово вышло, да? – куражусь, присев поближе. Серафима мгновенно отворачивается, я не успел разглядеть цвет ее глаз.

– Руки, Ратмир Ильясович, будьте так добры держать при себе! – предупреждает меня Мирон.

Но предупреждение прилетает слишком поздно! Мою щеку огревает хлестким ударом, а следом кожа начинает гореть, ее как будто вспороли.