Онлайн книга Мамаша Бармалей

– Мы с тобой потом побеседуем, – пообещала я и кинулась в глубь апартаментов искать кухню.

Глава тридцать третья

– Где я? – прошептала Инна, садясь на диван.

– Дома, – услужливо подсказала я. – Как ваше самочувствие?

– Голова кружится, – пожаловалась Войкова.

– Сейчас пройдет, – пробормотал Валера, с опаской косясь на меня.

Я незаметно для хозяйки дома погрозила ему кулаком и предложила Войковой:

– Давайте я заварю крепкий чай?

– Не надо, – занервничала та, – вы все на кухне перевернете, а у меня идеальный порядок.

Я кивнула.

– Хорошо.

Инна затряслась.

– Кто вам про рулет сообщил?

– Одна птичка напела, – ответил Смородин. – Кто пообещал вам много денег за отраву в грибочках?

– Никто, – дрожащим голосом соврала Войкова, – честное слово!"

"– И почему, когда человек клянется, что говорит правду, талдычит: «Честное слово, я никогда не вру», вот почему я ему не верю, – засмеялся стажер, который, похоже, не считал меня начальницей, решил самостоятельно вести беседу и поставил перед собой цель не дать мне ни слова сказать.

– Скажите, пожалуйста, откуда у вас деньги на покупку двух однушек и кафе, а? Почему вы испугались, когда я передал вам привет от Всеволода Игоревича Ракитина? Уверен, что вы прекрасно его помните, – вещал Валера.

Лицо Инны приобрело землистый оттенок, я испугалась, что она опять лишится чувств, и велела Смородину:

– Принеси воды.

– Откуда? – спросил тот, явно не собираясь вставать.

– Сам догадайся, из кухни, – отрезала я, – быстро!

Парень медленно встал и покинул гостиную, я посмотрела на хозяйку, которая на этот раз не вспомнила про порядок на кухне.

– Мой спутник грубо себя вел, прошу у вас за него прощения. Скажите, вы пекли рулеты для Ракитина? Он у вас их покупал?

Хозяйка кивнула.

– Почему он к вам обратился, – осведомилась я, – а не пошел в ресторан?

Инна Федоровна вдруг улыбнулась.

– А к кому ему идти, как не к сестре подруги? Я готовлю лучше тех, кто работает в общепите.

Я чуть не вывалилась из кресла.

– Ваша сестра и Всеволод…

– Они жили в одном интернате, – перебила меня Инна, – Зина старше Севы.

В комнату вернулся Смородин и протянул мне чашку.

– Поставь на стол, садись и молчи, – распорядилась я.

Инна запрокинула голову.

– Зина в детдоме жила с семи лет.